Русские деревни на Тагиле и Мугае в 20-х годах XVII века

По реке Тагил проходил один из древних путей в Сибирь. Именно по Тагилу совершили в 1582 году свой беспримерный поход Ермак с товарищами. На Тагиле (несколько ниже современного НижнегоТагила) в 1584 году был поставлен Верхне-Тагильский городок – первый русский укрепленный пункт «за Камнем». По Тагилу же пролегла и первая государева дорога в Сибирь, использовавшаяся с 1585 по 1589 год. И именно берега Тагила могли стать первым районом русской крестьянской колонизации Сибири. Но история повернула события по другому руслу — заселение берегов Тагила началось только тогда, когда русская власть и русские города в Сибири распространились уже до Енисея.

В 1589 году было подчинено Пелымское княжество и государева дорога была перенесена на более пригодный маршрут – по Вишере, Лозьве и Тавде. Верхне-Тагильский городок был ликвидирован, его гарнизон перевели в новый Лозьвинский городок. О древнейшем русском поселении на Тагиле напоминает только археологический памятник, известный как Ермаково городище.

На два десятилетия Тагил выпал из внимания как властей так и переселенцев. Только с 1613 года на его берегах фиксируются деревни русских ямщиков и крестьян. Особенностью процесса заселения было то, что Тагил осваивался не с верховий от волока (этот путь был закрыт) и не от устья, как большинство сибирских рек, а с середины – от места впадения в Тагил реки Мугай (Мулгай). Это произошло в результате последовательного перенесения основных дорог от речных пойм в более высокие и сухие места.

В 1598 году государева дорога в Сибирь была перенесена с Лозьвы и Тавды на Туру. Лозьвинский городок был срыт, его гарнизон переведен на городище Неромкур, где был построен новый административный центр – Верхотурье. В 1600 году ниже по Туре в Епанчине юрте был основан Туринск, ставший центром нового уезда. Границей Верхотурского и Туринского уездов в конце 1601 года было определено место впадения Тагила в Туру. Сам Тагил при этом должны были «ведать» из Верхотурья. Отсюда с этого момента и определялась во многом судьба земель по берегам Тагила и его притоков.

Государева дорога вдоль Туры была по определению самих ямщиков «крива и летом водяна и грязна» и вскоре начались поиски более удобного пути. Уже в январе 1602 года по челобитью туринских ямщиков царским указом было велено ясачным татарам, чтобы они «от Туринского острогу до Тагильсково устья дорогу розыскали и указали, куды ближе и прямее и суше ездити к Верхотурью». Естественно, верхотурские ямщики последовали примеру туринских и позаботились о перенесении своей части дороги на более удобный маршрут. В результате новая дорога из Сибири пролегла через Тагил немного ниже впадения Мугая и далее через волок к Верхотурью. О существовании этого волока сегодня напоминает название деревни Волоковой на границе Верхотурского и Алапаевского районов. Когда именно была проложена прямая дорога точно не известно, но к 1612 году она уже существовала.

Об этом свидетельствует грамота из Москвы от 31 декабря 1612 года:

«На Верхотурье воеводе господину Степану Степановичю Годунову Московского государства боярин и воевода Дмитрей Трубецкой да стольник и воевода Дмитрей Пожарской с товарыщи челом бьют.

Бил нам челом Верхотурсково города ямщик Сидорко Терентьев сын Чапурин и во всех ямщиков и пашенных и торговых людей место, чтоб их пожаловати на Верхотурье на Тагиле реке на устье Мулгае и в верх по Мулгае и вниз по Тагиле по обе стороны пашенным местом где пригодитца. А под городом де им пахать негде. А то де урочищо от города верст с пятдесят. И мы по совету всей земли велели им те земли дати на пашню и в половники припущать.

И како к тебе ся грамота придет, а те будет земли лежат в пусте и не отдана никому, и ты б им тое землю дал на пашню где будет пригож.

Писан на Москве лета 7121-го Декабря в 31 день.».

Очевидно, что места по Тагилу и Мугаю к этому моменту были хорошо известны верхотурцам, что свидетельствует о регулярных поездках по этому маршруту.

Результатом вышеприведенной грамоты стало появление деревень на Тагиле. Сам Сидорко Чапурин поселился в точке выхода волоковой дороги к реке – в 1621 году у него «на Тагиле, от города шездесят верст, под волоком в деревне двор». Причем поселился он сразу по возвращении из Москвы, о чем свидетельствует та же перепись: «А почал он тое пашню пахать и сено косить со 121-го (1612/13) году по государеве грамоте. … Да у него ж на усть Мулгая реки мельница…». На этом месте и сейчас на карте значится деревня Сидорова, сохраняющая имя своего основателя. Скорее всего, владения на Тагиле у Чапурина (и у других ямщиков) существовали некоторое время и до получения грамоты, но отсутствие в стране крепкой центральной власти не позволяло узаконить уже состоявшееся расселение.

Перепись 1621 года, проведенная Федором Таракановым, называет и другие деревни по берегам Тагила. Ввиду особенностей подачи материала в этой переписи целесообразно рассмотривать ее параллельно со следующей переписью, проведенной в 1624 году Михаилом Тюхиным. Переписи («дозоры») фиксирует следующее положение на реках Тагил и Мулгай.

Центральным звеном сети поселений был погост с церковью Преображения Спасова с приделом Михаила Маленина. Из описания 1621 года видно, что погост находился на берегу Тагила в версте от деревни Анисимовой и в двух верстах от Переваловой, то есть несколько выше современного поселка Махнево. В 1624 году при погосте было три двора церковников и двор сына боярского Дмитрия Лабутина. Кроме того названо шесть келий, в двух из которых жили игумен Макарий и строитель старец Филарет, в четырех остальных – нищие. У старца Филарета на Тагиле была и собственная деревня, а про самого старца сказано: «а бывал посадцкой человек». Наличие келий, игумена и старца явно указывает на существование монастыря, хотя сам монастырь и не назван. Его название сохранила перепись 1621 года:

«На Тагиле церковные Преображенские пашни паханые у погоста и за Тагилом на лугу тритцать три чети в поле, а в дву по тому ж. Да заложные непаханые земли за Мулгаем пять чети с осминою в поле, а в дву по тому ж, земля добрая. Да сенных покосов против погоста за Тагилом рекою семьсот копен. А роспахал тое пашню и сенные покосы косил Преображенской черной поп Аврамий, служит в ыгумнах по благословению архиепискупа Киприяна Сибирского и Тобольского на Тагиле ж в новом Рожественском монастыре. А тою Преображенскою пашнею и сенными покосы владеют Преображенской поп Иван и дьячек и пономарь и просфирница в руги место.».

Об этом монастыре есть известие и в царской грамоте верхотурским воеводам от 28 июля 1621 года: «Да он же (архиепископ Киприян) отпустил в Верхотурской уезд на Тагил к Рождеству Христову в монастырь старово игумена Авраамия да с ним послал старца строителя Варлаама, а велел тот монастырь отписати со всем игумену Авраамию и строителю з братьею». В дальнейшем монастырь не упоминается и по описанию 1624 года можно заключить, что уже к этому времени он фактически прекратил существование, слившись с местным приходом.

В одной из записей переписи 1624 года погост на Тагиле назван Онисимковым – по имени близлежащей деревни.

Неподалеку находилась государева пашня, примыкавшая к угодьям деревень Махневой и Фомкиной (Горсткиной). Именно здесь в 1625 году было построено первое военное укрепление на Тагиле: «Учинился всполох по вестям от колмацких людей, и в тот всполох на Тагиле поставили острог около наших (государевых) житниц, а надолобы не поставлены и ров не выкопан».

Кроме того, на Тагиле существовала деревня, принадлежавшая Архангельскому Устюжскому монастырю. В переписи 1621 года сказано, что это вклад верхотурского крестьянина Васьки Жорно(ко)ва, а в 1624 году вкладчиком назван крестьянин же Иван Лошкин. Разночтение объясняется тем, что Жорноков в 1616/17 году купил у монастыря деревню, а в 1619/20 году половину деревни дал вкладом в тот же монастырь (см. далее).

Завершают картину церковного землевладения на Тагиле две деревни вверх по реке от острога, принадлежавшие в 1624 году попам верхотурского храма Воскресения Христова Лариону Дементьеву и Овдею Ларионову. В 1621 году эти владения не показаны; видимо, они появились в период между переписями. Находились они, вероятно, на месте современной деревни Шмаковой.

Перепись 1624 года отмечает по Тагилу и Мугаю двенадцать ямщицких деревень, многие из которых существуют и сегодня. Порядок описания позволяет установить нахождение некоторых других.

Сначала описаны деревни «ямщика Меншика», Кишкина, Ерзовка и Махнева. Три последние расположены по правому берегу Тагила снизу вверх по реке.

В 1621 году братья Меншики Чусовитины уже имели «в уезде на Тогуле от города водяным путем сто восемьдесят верст двор». Указана у них и время приобретения хозяйства: «А роспахал он тое пашню со 120-го (1611/12) году по даче воеводы Буленицы Зюзина». Дата не совсем верна, так как воеводами в Верхотурье с 1609 по 1613 годы были С. С. Годунов и И. М. Плещеев. Зюзин как воевода упоминается в 1614 году, а в 1616 были уже другие воеводы. По порядку описания 1624 года деревню Меншика нужно искать ниже Кишкиной. Скорее всего она стояла на месте современной деревни Турутиной, напротив которой в Тагил впадает речка Меншикова – явный след деревни Меншиковой.

У Микитки Кишкина в 1621 году «в уезде на Тагиле ниже Вискунова двора в деревне двор». Пашни Микитки достигали речки Салгачейки. У его соседа Ивашки Мухлынина в 1621 году «в уезде в Кишкине деревне пашни паханые», «з Бориском Федотовым (крестьянин этой же деревни) выше деревни на лугу озеро, а ис того озера вышел в Тагул реку исток.». Все это Мухлынин «купил у вагулятина у Драника во 122-м (1613/14) году».

В Ерзовке в 1624 году было четыре двора. Хозяева трех из них показаны в 1621 году с указанием «в уезде на Тогиле в деревне Ерзовке двор». В четвертом дворе жил человек, исчезнувший к 1624 году, в 1621 у него был так же «на Тогуле на речке Салтанганчейке починок.»

Из девяти дворохозяев деревни Махневой 1624 года семеро тремя годами раньше показаны жителями деревни Хохловки, что позволяет уверенно считать их одной деревней. Дополнительным подтверждением идентичности Хохловки и Махневой является упоминание Хохловки в переписи 1621 года при описании хозяйства ямщика Перевалова: «Да у него ж на Тогуле ниже деревни Хохловки двор». В 1624 году кроме ямщиков в Махневой переписчиками выявлено семь человек «захребетников и бобылей» с пояснением, что «все оне тутошние верхотурские уроженцы».

Следом описаны деревни по левой стороне реки также вверх по течению к погосту – Поткина (сейчас – Подкина), «ямщиков Переваловых» (сейчас – Перевалова) и «ямщиков Ощепковых».

У Поткиных (Подкиных) в 1621 году «на Тогиле ниже Кокшаровы и Истомины пашни двор».

У Ивашка Перевалова в 1621 году «на Тогуле реке ниже погоста две версты двор, а в нем живет сам Ивашко з детми». У Томилка Перевалова в 1621 году был двор «на Тогуле ниже деревни Хохловки (Махневой)», у него же «ниже двора на речке Хабарчихе мельница». Все эти сведения полностью соответствуют современному местоположению деревни Переваловой.

Ощепковой на современной карте нет. По описанию 1624 года она граничит угодьями с Ерзовкой и Махневой. В 1621 году у Ощепковых «от города шестьдесят пять верст на Тогуле двор». Уточняется местонахождение деревни по описанию одного из дворов Махневой-Хохловки в переписи 1621 года: «Да у него ж на Тогуле против ямсково Ощепкова двара за Тогулом и на речке Вязовке». То есть, Ощепковы жили на левом берегу Тагила прямо напротив Махневой.

Далее описываюся деревни выше погоста. Первой названа «вверх по Тагилу деревня Чапуриных». Это уже упоминавшаяся деревня Сидорова, стоящая на левом берегу и существующая с 1613 года.

Следом описание снова переходит на правый берег — описана деревня «ямщиков Онисимковых» (сейчас – Анисимова). В 1624 году в ней четыре ямщицких двора. В 1621 году у Анисима Вычегжанина, давшего свое имя деревне, «на Тогиле, выше монастыря верста, двор». Еще у пяти ямщиков был «на Тагиле в Онисимове деревне двор» и у одного – пашня. То есть, ямщиков в Анисимове в 1621 году жило больше, чем в 1624.

Последними описаны три деревни-однодворки — «ямщика Сергея Гаврилова», «вверх по Мулгаю ямщиков Фефиловых» и «ямщика Ивашка Комарова».

Местоположение первой из них определяется переписью 1621 года, в которой у Сергейка Гаврилова показан «на усть Мугая реки двор, от города шездесят пять верст.»

Далее переписью 1624 года показано «меж Серги и Еремы (Фефилова) займищо ямщиков Левы да Семейки Брилиных». В 1621 году этим займищем владели Фетка и Левка Черепановы. У Левки Черепанова в 1621 году отмечены пашни на Тагиле, точное местонахождение определить не удается.

У Еремки Фефилова сына Голомолзина двор на Мугае был и в 1621 году.

Деревня Комарово и сейчас так называется. В 1624 году в ней жили ямщик Иван Комаров с сыном Игнашкою. В 1621 году Иван показан живущим в погосте на Салде, а Игнашка, числящийся крестьянином, – на Мугае. Начал Игнашка хозяйствовать в 1616/17 году «по вогульской купчей, что он купил вотчинную землю у вагулятина у сотника у Акберды Алагузова».

Таким образом, все двенадцать ямщицких деревень переписи 1624 года отмечены уже в 1621 году. Три из них существовали гораздо раньше – в 1613-1614 годах. И только об одной, самой дальней по Мугаю, есть сведения о более позднем (1616/17 год) основании. Обращает внимание, что все ямщицкие деревни расположены на территории очерченной грамотой 1612 года: «на устье Мулгае и в верх по Мулгае и вниз по Тагиле по обе стороны». Поэтому есть основания считать, что все эти деревни кроме Комаровой были основаны (точнее – узаконены) уже в 1612-1613 годах.

Всего перепись 1621 года показывает на Тагиле и Мугае 27 ямщицких дворов, займище и отдельную пашню. В 1624 году – 29 дворов и займище.

Кроме ямщицких перепись 1624 года насчитывает на Тагиле и Мугае 66 крестьянских дворов. Их описание также начинается с самой нижней деревни на Тагиле и идет вверх по реке. В переписи 1621 года у большинства крестьян указано время приобретения земли.

«От Туры вверх по Тагилу деревня Фомина» (сейчас – Фоминское) – три двора. В двух из них жили Фомка и Меньшик Васильевы Пинежанины. В 1621 году у Фомки с братьями показан двор на Тагиле. «А купили они ту вотчиную землю и сенные покосы у вогулетина у Торуча во 126-м (1617/18) и во 129-м (1620/21) годех». В третьем дворе в 1624 году жил Гришка Онисимов, у которого в 1621 году показаны пашни «на Тагиле подле Фомину пашню Пенеженина», которыми он владел с 1617/18 года «по вагулской купчей, что они купили у вагулятина у Турача, вотчиною землею».

«Вверх по Тагилу деревня Кондрашки Калинина» — два двора. В 1621 году – «Двор на Тагиле реке от города сто восмьдесят верст водным путем». При описании угодий упоминается топоним «Кривая Лука». Основана деревня в 1617/18 году.

В деревне ямщика Меншичка – один крестьянский двор; хозяин — Ивашко Погадай. В 1621 году у него пашни «на дуброве на Салганчейке речке». Хозяйствовать Ивашко подрядился в 1619/20 году вместо сбежавшего на Пелым прежнего крестьянина.

Лошкино (сейчас – Ложкина) – однодворка. Хозяева – Первушка Кыркин с пасынком Путилкою Лошкиным. Начали они «тое пашню пахать и сено косити со 125-го (1616/17) году по духовной старца Варлама Лошкина». Но в крестьяне записались только в 1618/19 году.

«Деревня Жорнокова Васки» в два двора. В 1621 году Жорноков уже владел деревнею, но жили в ней его половники. Половина деревни принадлежала Устюжскому монастырю. «А тагильскую пашню и сенные покосы купил он Васька Устюга Великого Архангельского монастыря у старца у Федора Понта во 125-м (1616/17) году и купчюю старец ему на тое землю дал. А другую половину тое тагильские пашни и сенных покосов столько ж, сколько он Васька на себя пашет, во 128-м (1619/20) году отдал вкладу в тот ж Архангельской монастырь. А даную на тое пашню старцу Саве дал.» До монастыря деревня принадлежала Варламу Лошкину (см. выше). Следовательно, местонахождение деревни – несколько выше деревни Ложкиной по реке. Там сейчас стоит деревня Луговая.

«На Тагиле на бору на речке Черной деревня Ивашка Балакина» (сейчас – Балакина) – однодворка. В 1621 году у Балакиных: «на Тагиле на Солганке речке в заимище пашни паханые», которые они получили в 1619/20 году.

В ямщицкой деревне Кишкиной – три крестьянских двора. Все они отмечены переписью 1621 года. Дата начала хозяйствования у всех крестьян – 1617/18 год. При описании угодий упомянута речка Салганчейка.

Пурегова – однодворка. В 1621 году у Пуреговых «в уезде на Тагиле реке двор», который они купили у Лари Болотова в 1616/17 году.

Болотова – однодворка. Ее хозяин – Ларя Болотов – начал «тое пашню пахать и сено косить со 125-го (1616/17) году по вагульской купчей, что он Ларка купил вотчинную землю у вогулечь у Хабарчи и у детей ево». Свое прежнее хозяйство под городом Болотов продал воеводе Ивану Пушкину. По переписи 1621 года у Лари вместе с соседом Пуреговым «на Тагиле реке ез рыбной, а оброку нет». Очевидно, что деревня Болотова находилась немногим ниже Пуреговой по Тагилу.

«Против Савы Пурегова за рекою деревня» — два двора, в которых жили Васька Зырян и Онтропко Дементьев. В 1621 году у Васьки Зыряна владений на Тагиле не показано. Онтропко Дементьев в переписи 1621 года не обнаружен.

Дедюхино (сейчас – урочище) – однодворка. В 1621 году у Федьки Дедюхи двор на Тагиле, который он приобрел на в 1615/16 году «по вогульской купчей, что он тое вотчинную землю купил у тагильских вагулич у Хабарчи Кантамышева з детьми».

«Деревня Горсткиных» (сейчас Горсткина) – два двора. В 1621 году Горсткины (Гостины) имели три двора на Тагиле, где они жили с 1615/16 года. У них была мельница на речке Ныле (сейчас – Нырья).

«Деревня Палка Борисова» — однодворка. Никого из ее жителей в переписи 1621 года обнаружить не удалось.

«Деревня Федьки Бухалы» — однодворка. Перепись 1621 года показывает, что у него двор на Тагильском погосте. Время начала хозяйствования не названо, но сказано, что «снял он тое государеву пашню на себя с крестьянина с Васьки Чапурина».

В ямщицкой деревне Анисимовой — три крестьянских двора. В 1621 году – тоже три двора, но один дворовладелец не совпадает с переписью 1624 года. Время начала хозяйствования крестьян – 1617/18 и 1618/19 годы. В 1621 году в Анисимове показано два двора беспашенных бобылей; в 1624 году в деревне (названа погостом) было уже десять человек «захребетников и бобылей».

«Деревня Васьки Чапурина» — три двора, в которых жили два брата Сидора Чапурина и зять одного из них. В 1621 году названа «Деревня ж на Тагиле под волоком от города шездесят верст». Было в ней только два крестьянских двора (отсутствовал зять). Безусловно, это все та же современная деревня Сидорова. Начали хозяйствовать крестьяне Чапурины в 1615/16 и 1619/20 годах.

«По Тагилу деревня Гаврилкова» — один крестьянский двор. В переписи 1621 года: «Двор на Тагиле ж от города шездесят верст». Хозяин бил челом в крестьяне в 1611/12 году, но на Тагиле начал хозяйствовать только в 1616/17.

«Вверх же по Тагилу деревня Берсенева» (сейчас – Берстенева). Хозяин – Матвей Берсенев. В 1621 году: «Двор на Тагиле ж ниже Тимошкина (Рожина) двора за Тагилом над речкою Каменкою». Начал Матвей хозяйствовать в 1617/18 году «по памяти, что дал ему память на тое землю посадцкой человек Меркушко Федотов». Речка Каменка – прежнее название Берстеневки.

Далее описано три деревни-однодворки, которых нет на современной карте. Но по порядку описания видно, что все они находились между устьем Мугая и деревней Гаевой.

«Вверх по Тагилу». Хозяин — брат Матвея — Яков Берсенев. По описанию 1621 года – двор «в уезде на Тагиле от города шестьдесят пять верст». Хозяйствовать приступил в 1617/18 году. К 1621 году часть сенокосов уступил воеводе Ивану Пушкину.

«Деревня на дуброве» — хозяин Богдашко Леонтьев. В 1621 году это еще «Займище на дуброве за Ивановою пашнею Толмачева пашенного крестьянина Богдашка Попова, двора нет». Пахать начал Богдан в 1617/18 году. Деревня находилась на левом берегу Тагила несколько выше Толмачевой. Возможно, идентична современной деревне Толстовой.

«Вверх по Тагилу» — хозяин Карпик Артемьев. В 1621 году: «Двор на Тагиле ж от города семьдесят шесть верст». Хозяйствовать начали в 1617/18 году.

«Последняя деревня вверх по Тагилу Гаева» — три двора старожилов и два двора новоприписанных («Федорова прибору Тороканова») крестьян. В 1621 году два двора; один — Гаевых: «Двор вверх Тагила реки от города восемьдесят две версты»; другой – Якуни Лукьянова: «Двор вверх Тагила ж реки против двора Степана Гаева за речкою Олшею». Оба начали хозяйствовать в 1617/18 году. Угодья Гаева граничили с вогульскими юртами. Сами Гаевы вели с вогулами активную торговлю.

Далее описываются деревни вверх по Мугаю, большинство из которых на современной карте не обнаруживается. К сожалению, порядок описания нарушен.

«От бору вверх по Тагилу к устью Мулгайскому в Меньшиковой деревне Цыпилева» — один двор. В 1621 году названа: «Деревня на Тагиле ж от города шездесят верст» и в ней показано два двора, хозяева которых приступили к пашне в 1617/18 году. Угодья деревни соседствовали с «Гаврилковой и Михалковой пашнею».

«Деревня Герасимка Заплатина» — два двора.

«Деревня на усть Мулгая, что пахал Дмитрей Зубов» — два двора. В 1621 году хозяином деревни («от города шезъдесят верст») показан воевода Дмитрий Зубов; пахали его половники. Прибрел пашню Зубов у Федора Сомова, а сенной покос – у крестьянина Якова Берсенева. (У другого воеводы — Ивана Пушкина – в 1621 году тоже были «пашни на Тагиле подле государевы десятины».)

«На усть Мулгая» — однодворка. Хозяин – Рожин. В 1621 году: «Двор на Тагиле ж ниже устья Мугайскова от города шездесят четыре версты». Начал Рожин хозяйствовать в 1617/18 году. Деревня согласно описания находилась на правом берегуТагила между устьем Мугая и деревнею Берстеневой.

«Вверх Мулгаю» — два двора. Хозяева – Топорок и Куткин. В 1621 году: «на Мугае ж вверх от города шездесят семь верст два двора». Хозяйства приобрели в 1616/17 году. До этого имели пашни на Туре.

Просто «деревня» — два двора. Хозяева – Федька Губа и Васька Палков. Сейчас на этом месте урочище Губино. В 1621 году: «на Мугае ж от города шездесят верст два двора». У Васьки прозвание «Манастырщина». Хозяйничают оба с 1615/16 года.

«Корчемкина» — два двора. В 1621 году: «Деревня на Мулгае ж от города семьдесят верст». Три двора; в двух – братья Корчемкины. Хозяйствуют с 1616/17 года.

«Белоусова» — однодворка. Сейчас известны два урочища – Большое и Малое Белоусово. В 1621 году Белоусовы записаны третьим двором с Корчемкиными. Очевидно, что две деревни находились в непосредственной близости друг от друга. Хозяйствовать Белоусовы начали в 1616/17 году.

«За рекою Мулгаем на реке Берсеневе деревня» — четыре двора. В 1621 году: «на Мулгае ж ниже устья речки Бобровки за Мугаем два двора». В них показаны трое их четырех крестьян переписи 1624 года. Хозяйствуют с 1617/18 года. Угодья имеют по речке Нисе. В одном из дворов жили Шипицыны, поэтому можно предполагать, что это современная деревня Шипицына.

«Похалуева» — однодворка. В 1621 году: «Двор на Мугае ж от города семьдесят одна верста». Хозяйствуют с 1616/17 года. На современной карте речка Похалуиха – левый приток Мугая.

«Фомкина» — два двора – Фомка и Тренка Прокопьевы Двиняне. В 1621 году: «Двор на Мулгае ж от города семдесят три версты». Оба брата живут еще одним двором. Хозяйствовать начали в 1617/18 году, приняв пашню у крестьянина Федьки Костромитина.

«В деревне Овчинникове» — один крестьянский двор. Возможно, соответствует в переписи 1621 года двору «на Мулгае ж против пашни Ондрюшки Овчинникова», но жил в ней другой крестьянин. Хозяйствовал он с 1617/18 года. По соседству хозяйствовал крестьянин Терешка Жолобов, у которого в 1621 году показано «заимище на Мугае реке подле Ондрюшкину пашню Овчинникова».

«Над Мулгаем деревня Новгородцково» — два двора. В переписи 1621 года есть «на Мугае ж два двора от города семьдесят девять верст», в одном из которых жил Новгородов (Новгородец). Но имена крестьян в двух переписях различны. Хозяйствовали крестьяне переписи 1621 года с 1617/18 года.

Не исключено, в двух последних деревнях между 1621 и 1624 годами сменилось население.

«Вверх по Мулгаю деревня Рычкова» (существует и сейчас) – четыре двора. В переписи 1621 года: «вверх Мугая реки двор от города восмьдесят четыре версты». Во дворе четыре крестьянина, трое из которых показаны в переписи 1624 года, а у одного совпадает фамилия. Поселились крестьяне в 1619/20 году. В отдельных описаниях у троих из них в переписи 1621 года есть приписка «занял вновь пашню вверх Мугая».

Крестьянское население на Тагиле в рассматриваемый период было очень подвижным. Перепись 1621 года называет четыре двора, хозяева которых к 1624 году так или иначе покинули свои хозяйства.

В 1621 году на Тагиле отмечен двор, которым совместно владели крестьяне Васька Боровский и Ромаха Пермогорев. Купили они «ту вотчинную землю у вогулетина Хабарчи Кантамышева» (год не указан). Сами Васька с Ромахой хозяйствовали на реке Салде; на Тагиле жили их половники. Перепись 1624 года этого двора не отмечает.

В 1621 году «на Тагиле на речке Ныле» владел пашнею с двором Полуянко Кузнецов с детьми. Приобрели они это хозяйство а 1617/18 году. В 1624 году семья в переписи отсутствует.

В 1621 году на Мугае «подле Еремкину (Голомолзина) пашню ямщика» отмечен починок крестьянина Устина Зокзина, поставленный в 1619/20 году. В 1624 году Устин Панкратов сын Зогзин крестьянствовал уже в Невьянской слободе.

Там же на Мугае в 1621 году стоял двор Пронки Сухосерина «от города семьдесят верст», пашни и сенокосы которого лежали по речке Бобровке. В переписи 1624 года Пронка не обнаружен.

Как видно из описания крестьянских хозяйств, расселились крестьяне по Тагилу и Мугаю гораздо шире, чем ямщики. Большинство из них получили или приобрели землю в 1616-1618 годах. Не исключено, что в это время их хозяйства были зафиксированы, а реально возникли несколько раньше.

Кроме церковных, ямщицких и крестьянских дворов по Тагилу и Мугаю было и небольшое количество дворов, принадлежавших посадским и служилым людям. Описание посадских и большинства стрелецких дворов в переписи 1621 года не сохранилось, поэтому приходится ограничиться известиями 1624 года.

«На Мугае деревня Овчинникова». В 1621 году упоминается в описании смежных крестьянских дворов.

У Васьки Иванова Косикова починок на Тагиле.

«На Тагиле деревня посадцкого человека Ивана Толмачева» (сейчас – Толмачева). Пашни Ивана Толмачева упомянуты в 1621 году при описании крестьянских дворов. В 1624 году у Толмачева была также «отъезжая пашня выше Гаева».

Переписью 1621 года показана «на Тагиле ж над озером, повыше Кишкины деревни верста, двор стрелетцкой Федки Вискунова», которым он владел «по вагульской купчей, что он тое вотчинную землю купил у вагулятина у Хабарчи з детьми». Соседний пахотный участок к 1621 году сменил несколько владельцев. Купили его (видимо, у вогулов) крестьяне Болотов и Пурегов. Распахивать ее отдали вышеупомянутому Вискунову «на срок». Но Вискунов заложил землю сыну боярскому Ивану Спицыну и не расплатился. По решению воевод землю отдали Спицыну. Сам он к этому времени жил в Тобольске и на пашне поселил своего дядю Тренку Дьякова. В 1624 году упомянуто две деревни «стрельца Федьки Вискунова». В одной из них жил посадский человек Меншик Цыпиль, в другой — на Тагиле – Степанко Меншиков сын Цыпилев. Очевидно, что Цыпилевы приобрели деревни у Спицына.

В деревне Онисимкове в 1624 году отмечен двор стрельца Семена Лазарева.

Несмотря на развитую сеть поселений, территориального административного формирования на Тагиле официально долго не возникало. В крестьянских книгах 1620-х и 1630-х годов писали просто «на Тагиле». Только с 1640 года фиксируется понятие «Тагильская волость», что, видимо, можно приравнять к слободе, так как Невьянская слобода, известная с 1624 года, тоже в этих документах называлась волостью. Окончательно термин «слобода» в отношении земель по Тагилу закрепляется начиная с переписи 1666 года. Эта ситуация была необычна для Верхотурского уезда, в котором все остальные образования именовались слободами с момента основания. Обусловлена это было, видимо, близостью Тагила к Верхотурью, позволявшей какое-то время управлять тагильскими землями непосредственно из уездного центра, что и задержало их административное развитие.

Термин «слобода» в узком смысле, то есть как обозначение центрального поселения административной слободы, до конца XVII века на Тагиле не использовался. Даже в переписи 1680 года оба тагильских списка (ямщицкий и крестьянский) начинаются описанием деревни Анисимовой.

Веси. 2004. № 1 (8). С.18-22.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.