История и генеалогия дворянского рода АРАНДАРЕНКО

Борошко С.Л., Божинская (Арандаренко) Л.В.

В исследовании, посвященном истории и генеалогии рода Арандаренко впервые предоставлен подробный обзор пяти веков (XV-XIX) его развития. Приводятся данные о древнем польском шляхетском происхождении от магнатского шляхетского рода Яранда Брудзевского герба Помян, переселении отдельных его представителей в сопредельные государствах. Потомственные дворяне Арандаренко в XIX в. свидетельствовали, что одним из первых представителей рода Арандаренко на Запорожье был гетман реестрового Запорожского казачества, польский шляхтич рода Яранда Брудзевских, Тимош Михайлович (1630-1631 и 1632-1634; Тимофей Михайлович Арандаренко; Тимош Яранда Брудзевский). Большинство представителей дворянского рода Арандаренко в конце XVIII и начале XIX в. родились в наследуемом имении с. Малая Кошелевка Нежинского уезда Черниговской губернии. Рассмотрено разделение на Запорожье потомков Яранда Брудзевского на несколько ветвей – дворян, священнослужителей и рядовых казаков, с анализом исторического изменения фамилии и ее многовариабельности. Верифицированные предки этого рода в XVII-XVIII в. служили казацкой старшиной войска Запорожского, в XIX и начале XX в. большинство мужчин рода Арандаренко служили в Российской императорской армии, Министерстве внутренних дел, Отдельном корпусе жандармов и Отдельном корпусе пограничной стражи. Формулярный список сотенного атамана и корнета Ивана Арандаренко, датированный 1812 г., свидетельствует о древнем происхождении рода Арандаренко, указывая родоначальником польского шляхтича Миколая Яранда Збрудзел (Брудзевского; из Брудзева), а предком дворян Арандаренко на черниговской земле – шляхтича Иоакима Яранда Збрудзел герба Помян.
Приведены хронологические этапы развития рода Арандаренко, его соединения посредством браков с древними дворянскими фамилиями прусских и остзейских немцев. Изучены пять сыновей корнета Ивана Арандаренко, как пять родоначальников отдельных дворянских семей Арандаренко в Российской империи. Рассмотрена историческая реинтеграция отдельных представителей Европу, как историческую родину рода Арандаренко. Приведены данные о судьбах отдельных представителей рода Арандаренко после большевистской революции 1917 года.

Часть 1. История и генеалогия польских предков рода Арандаренко
по линии Яранда Брудзевских.

Род Арандаренко корнями своими уходит в средневековый польский шляхетский род Яранда герба Помян , ведущий свою историю с XIII века. В начале XV в. по своему богатству и влиянию, этот род вошёл в число основных магнатских родов Польши . Попытка верификации обозначенного в формулярном списке корнета Ивана Арандаренко предка Миколая Яранда Брудзевского приводит в польский г. Брудзев. История г. Брудзев неразрывно связана с родом Яранда герба Помян, которые владели им в XIV-XVI в., и стали зваться Яранда Брудзевскими. За долгие годы представители этого рода стали владельцами огромного имущества, которое простиралось до Руссоцичей, Коло и реки Варты. Они играли значительную роль в политической жизни Польши, занимали множество должностей в Куявии и Великой Польше. Среди них были придворные, воеводы (губернаторы провинций), кастеляны, старосты, чешники, камергеры, каноники.

Герб Pomian, польского шляхетского рода Jarand z Grabi i

Герб Pomian, польского шляхетского рода Jarand z Grabi i

Герб Pomian, польского шляхетского рода Jarand z Grabi i Brudzewa

Одним из наиболее известных родоначальников был Ян Яранд из Грабя и Брудзева . Он был сыном кастеляна Крушвицы, родился в Грабе в 1380 г. В 1394 г. Ян Яранд был придворным при дворе короля Владислава Ягелло. В 1402 г. король назначил его брестским виночерпием, а в следующем году брестским стольником. В 1408 году Ян Яранд был хорунжим Иновроцлава. В Грюнвальдской битве 1410 г. он командовал 25-ой Хоругвей Познаньского епископа Войцеха Ястржембского. В 1415 году он был назначен хорунжим Гневковским, а два года спустя старостой Иновроцлава. В 1426 г. он был назначен воеводой Иновроцлава, возглавлял посольство, направленное к Великому магистру Тевтонского ордена, для решения спора о владении Любичем под Торунем. В мае 1427 г. ему было поручено определить границу между Польшей и Тевтонским орденом. Его имя фигурирует в привилегии Едльно от 4 марта 1430 г. и в акте о конфедерации: в 1430 г. Ян Яранд из Грабя и Брудзева был представителем родовитой шляхты, и присутствовал при подписании законодательного акта, изданного польским королем Владиславом II (Ягайло) в местечке Едльне (Jedlna, Радомское воеводство). Этот Акт, названный впоследствии «Едлинскими привилегиями 1430» расширял привилегии польской шляхты и, по существу, превращал польский престол в избирательный. Издание Едлинских привилегий было вызвано отказом крупных феодалов признать наследственные права на польский престол малолетних сыновей Ягайла. Эти шляхетские привилегии были выданы Владиславом II (Ягайло) в обмен на обещание польского дворянства, что его сын Владислав III будет сидеть на троне польском, и продлит царствование династии Ягеллонов в Польше. Изданные шляхетские привилегии распространялись на все земли польской короны, на всех феодалов, в т. ч. и на духовных, и каждый вновь вступающий на престол король должен был предварительно подтверждать все привилегии, данные его предшественниками. В 1430 г. Ян Яранд из Грабя и Брудзева командовал отрядами, которые охраняли границы Речи Посполитой от Крестоносцев. В 1431 г. он заседал при королевском дворе, входил в высший королевский совет, на котором решались основные вопросы польско-литовского государства. В 1432 г. он принимал участие в заключение соглашения с Зигмундом Кейстутовичем. В 1433 г. участвовал в съезде с Тевтонскими депутатами в Słońsku (Слоньск, нем. Зонненбург). В 1435 году он принимал участие в подписании Брест-Куявского мирного договора между Королевством Польским и Тевтонским орденом (подписанный 31 декабря 1435 г. в Бжесце-Куявском и окончивший польско-тевтонскую войну 1431-1435 г.). В 1439 г. король Владислав III доверил Брудзевскому должность серадзского воеводы и за его заслуги пожаловал ему 300 гривен и крепости в Пшедече и Клодаве. Король Польши Казимир Ягеллончик поручил Яранду Брудзевскому заниматься демаркацией границы между Польшей и Тевтонским Орденом. В 1439-1450 г. — воевода Серадзкий. В 1426-1452 году – сенатор Речи Посполитой. Яранд Брудзевский умер 24 октября 1450 г. от свирепствовавшей в то время чумы. Он был женат дважды, оставил после себя сына Петра Яранда с Грабя, ставшего родоначальником рода Грабских, и сыновей, унаследовавших г. Брудзев и многочисленные поместья в Куявии : Яранда, каноника Крушвицкого; Миколая, воеводу Серадза и старосту Бреста; Станислава, выпускника Краковского университета и Краковской Академии, каноника Гнезненского и Влоцлавекского; Яна и Войцеха. Со временем все имущество, собранное Яном Ярандом из Грабя и Брудзева и его сыновьями, перешло к одному из них, Миколаю Яранда Брудзевскому, ставшему родоначальником рода Брудзевских .
Миколай Яранда Брудзевский, младший сын Яна Яранда Брудзевского, вырос, как и другие Брудзевские, при королевском дворе. В 1422 г. он был придворным короля Владислава III, сопровождал его в поездке в Венгрию, где получил 200 гривен за услуги, оказанные королю. Во время Тринадцатилетней войны с Тевтонским орденом (1454-1466) король Казимир Ягеллончик занял у Миколая и его братьев несколько тысяч флоринов. Это было возможно благодаря тому, что Брудзевские не разделяли наследства отца (Яна Яранда Брудзевского) и вместе распоряжались обширным имуществом, данным королем в залог за взятые в долг суммы. В 1455 году Миколай стал старостой Бжегско-Куявского края. В 1462 году он стал Чесником г. Калиша, а в 1471 г. стал воеводой Серадза. Он участвовал в дворянских съездах в Коло (в 1475 и 1479 гг.) и в Петркуве (в 1476 и 1479 гг.). В 1480-х г. он был Польским Сенатором. Могущественный и влиятельный Миколай благосклонно относился к своим родственникам, которые, как семья Грабских в 1474 году и семья Варжимовских в 1488 г., давали ему на попечение своих детей и имущество. Верный семейным традициям, Миколай Брудзевский и его братья Яранд, Станислав и Ян передали в общее управление четыре поместья приходской церкви в г. Брудзеве. Совершеннолетие Яна, сына Миколая, вынудило Брудзевских разделить поместье в 1483 г. В 1488 г. во время Петркувского конгресса королю удалось вернуть Миколаю часть заемных сумм, благодаря чему было урегулировано владение королевским имуществом в Бжегском, Радзеевском и Ковальском повятах. Король Казимир выплатил долги Бжеща и Радзеева, а Ковале остался у Миколая, пока король не вернул ему 2500 венгерских флоринов. Полученные от короля суммы, а также другие доходы Миколай Яранда Брудзевский использовал для покупки новой собственности. Он расширял владения за счет соседних территорий, земель Куявских и Ленчицких. Он стал крупнейшим латифундистом (в Kujawy Brzeskie), в сочетании с Kłodawa (в регионе Ленчица). Аналогичные расширялись им владения в области Серадз. Не менее важным, и более эффективным, чем попытки скупки собственности в регионе Великой Польши, было постепенное приобретение Миколаем Яранда Брудзевским большого комплекса южно-куявских владений, в которые в конечном итоге вошли соседние Бжестские и Радзейувейские земли, на которых Яранда Брудзевские были старостами. Расположение этих удельных старостовств также следует считать выгодным для потомков воеводы Яранда, потому что они были близки к имению Брудзева, что облегчало управление всеми родовыми землями и их населением.
По сравнению с Великопольскими владениями, Куявские владения имели другую ценность, значительную для семьи Яранда Брудзевских. Они были оплотом закона юрисдикции и верховенства рода Яранда над местным дворянством, в то время как в Велькопольске Брудзевцы не могли рассчитывать на подобное положение. Было только три старейшины с юрисдикцией (общая Великая Польша, Великая Польша и Восточная Польша). Одно из них принадлежало роду Яранда Брудзевского герба Помян. Значительные конгломераты наследственных имений рода Яранда Брудзевских с центрами в Брудзеве, вместе с владениями в 1462-1494 г. большинства земель в южной Куявии показывают, что Миколай Яранда Брудзевский и члены этого рода получили высокое положение на границе Восточной Великой Польши и Центральной Польши. Это стало беспокоить великого князя литовского и короля польского Казимира Ягеллончика, который в 1488 г. повелел обобщить и предоставить ему сведения об имущественных владениях рода Брудзевских, сосредоточенных в руках Миколая Яранда Брудзевского и его сына Яна Яранда, с сохранением их пожизненного старшинства в Бресте и Радзейове. Еще одним следствием королевского неудовольствия усилением рода Яранда Брудзевского стало нарушение этих положений Яном Ольбрахтом в результате лишения Яна Яранда после смерти его отца Миколая Яранда Брудзевского не только Брестского старшинства с Раджеювом, но и семейных претензий на Коваль.
Магнатский род Яранда Брудзевских имел право на высокие должности в Великопольском крае, которые они могли занимать и передавать по наследству за счет владения обширными наследственными землями и имуществом. Яранд был воеводой Иновроцлава и Серадза и Миколай — воеводой Серадзским, что дало им право участвовать в королевском совете и в политической жизни государства. Их потомки занимали высокие должности в Великой Польше: Калишская кастеллия принадлежала внуку Яна Яранда из Грабя и Брудзева и сыну Миколая, Яну Яранду, который перешел оттуда на должность в Ленчиньск. До кастелляна Калиша он последовательно имел кастеллянство в иерархии Серадза .
Миколай Яранда Брудзевский умер в 1494 г., оставив сына Яна и дочь Анну. Ян Яранд Брудзевский родился около 1465 г. Он участвовал в дворянском съезде в Петркуве 14 мая 1488 г. В 1495 г. он стал придворным короля Яна Ольбрахта, а в следующем году, как кастелян Спице, подписал конституцию Петркувского сейма. Около 1498 года Ян женился на Катажине, урожденной Гурке, дочери Миколая, кастеляна Гнезно, которая после своего дяди Уриэля, епископа Познани, принесла в дом Брудзевских значительное состояние, в том числе 3000 флоринов, которые Уриэль одолжил королю. По этой причине Ян Ольбрахт пожаловал Брудзевскому в 1498 году старосту Варки до тех пор, пока долг не будет погашен. Яранд, как кастелян Калиша, с которым он выступал с 1499 г., принимал участие в избрании и коронации короля Александра Ягеллончика и подписал акт Мельникской унии в 1501 г. Он участвовал в Петркувских сеймах в 1504 году и Радомских сеймах в 1505 г. Он был одним из доверенных советников короля Александра, дважды получал от него в награду за верную службу прибавку жалованию Вартинского старосты. Ян также принимал участие в обсуждениях Петркувского избирательного сейма в декабре 1506 г., во время которого королем был избран Зигмунт I. Мы также можем видеть его на Краковском коронационном сейме в 1507 г., где он получил Магдебургское право для города Варта и разрешение выкупить деревню Глинна в Серадзком районе. Краковский сейм 1508 г. делегировал его в качестве королевского уполномоченного на сеймик прусских земель в Мальборке, который обсуждал внутренние реформа Королевской Пруссии (Гданьская Померания). До 1520 г. Ян Яранд Брудзевский участвовал во всех заседаниях сейма. 11 марта 1512 г. он получил Ленчицкое воеводство. Во время польско-тевтонской войны, в 1519 г. он гостил у короля в Торуни, где был назначен пожизненным вартинским старостой. Он принял участие в выборах сейма Сигизмунда Августа в Петркове в декабре 1529 г. и в коронационном сейме в Кракове в 1530 г. Он умер около 1532 г., оставив четырех дочерей: Анну, Катажину, Варвару, Малгожату и сына Миколая.
Первые сведения о новом наследнике Брудзево, Миколае Яранде Брудзевском относятся к 1518 г. Именно тогда он был принят студентом Ягеллонского университета в Кракове. После окончания университета он продолжил обучение в Вене, где в местном гуманистическом кругу приобрел репутацию человека незаурядного таланта. Особенно его привлекали философские занятия. Вернувшись в Брудзев в 1527 г., он получил разрешение на покупку села Щитники у Гнезненского капитула. В том же году его мать уступила ему с позволения короля свои суммы, записанные в Вартинском старосте, благодаря чему он после смерти отца стал, как и его отец, пожизненным вартинским старостой. 7 декабря 1535 г. он был назначен кастеляном Иновлодза. Другие должности, которые он занимал: кастелян Ленчицы (с 29 июля 1538 г.) и воевода Ленчицы (с 22 октября 1545 г.). В 1546 году он основал больницу в Брудзево. Миколай Яранда Брудзевский приходился двоюродным братом Анджею Гурке, кастеляну Познани, влиятельному защитнику Реформации, поддерживал общения с видными церковными реформаторами, в том числе Станиславом Ожеховским, автором сочинений «О безбрачии», «Дьятриба» и «Верный подданный». Миколай Яранда Брудзевский был женат на Эльжбете Серпской, имел четырех детей: Анну, Катажину, Эльжбету и Иеронима (Hieronima). Миколай умер после заседания Петркувского сейма в начале 1552 г. Правление мужской линии рода Яранда в г. Брудзеве подошло к концу в 1560 г. в связи с бездетной смертью Иеронима Яранда Брудзевского.
Город Брудзев в течение нескольких десятилетий переходил к потомкам Яранда Брудзевского по женским линиям, пока, со временем, история крупнейшего магнатского рода Яранда Брудзевских герба Помян не стала достоянием истории. Брудзев унаследовали Анна Яранда Брудзевская, жена Януша Латальского, герб Правджича, и Катажина Яранда Брудзевская, жена Брикци Собоцкого, герб Доливы. Позже городом Брудзево совместно с Анной владела Ядвига, дочь Катажины Собоцкой, урожденной Брудзевской, женой воеводы Познани Станислава Гурки. Он скончался 23 октября 1592 года в Блоне под Варшавой, брак был бездетным. До 1602 г. Брудзев принадлежал Анне Латальской, урожденной Брудзевской. У Анны, от Януша Латальского было две дочери — Зофия Лащова, урожденная Латальская, и Эльжбета Весслова, урожденная Латальская. Имущество Анны, урожденной Брудзевской, было разделено между этими дочерьми. После Зофьи Лащовой, урожденной Латальской, материнское имущество унаследовали ее сын Петр и дочь Анна. Петр купил у своей сестры Анны и у своей тетки Эльжбеты Вессловой, урожденной Латальской, их доли владения наследуемым имуществом, став единоличным владельцем г. Брудзев и имений Яранда Брудзевских.
В семье Яранда герба Помян придерживались юридического обязательства отца разделять имущество старшего потомства с потомством от второго брака. К началу XVII в. род Яранда Брудзевских был рассредоточен по всей Польше и сопредельным государствам, и состоял в родстве с большинством семей в Куявском и Серадзском регионах. Это привело к дроблению единого состояния, за 200 лет некогда могущественный род магнатов Яранда Брудзевских потерял свое былое влияние, его состояние перешло по женским линиям в другие шляхетские польские семьи «по превратности времени и по упалости фамилии».
История старшей ветви влиятельной магнатской дворянской семьи Яранда Брудзевских показательна, но не означает прерывания рода по мужской линии. Имущественная деятельность и государственная карьера Яна Яранда из Грабя и Брудзева и его сыновей, а еще шире — старшей линии герба Помян, происходящей из Куявской Грабии, гораздо шире, чем история владения отдельных представителей г. Брудзево, собственностью в Куявии и Серадзе. Многочисленные сыновья потомков воеводы Яранда из Грабя и Брудзева не верифицированы до сих пор. Представители рода Яранда Брудзевских уезжали в другие страны, в которых ими приобреталась собственность .
Некоторые представители рода Яранда Брудзевских после Городельской унии переселились в соседнее Великое княжество Литовское, основав литовский шляхетский род Jaranda h. Pomian . Секретарем великого князя литовского Александра II был Альберт Брудзевский, средневековый ученый, математик и астроном, профессор Краковского университета и учитель Николая Коперника.
В середине 1500-х годов род Яранд из Граби и Брудзева стал дробить свое состояние и терять былое могущество. В Речи Посполитой он разделился на род Яранд Брудзевских герба Помян и род Яранд Грабских герба Помян. Знаменитым Польским представителем рода Яранд Грабских был ректор Варшавского университета естественных наук, экономист, автор валютной реформы, министр финансов Владислав Грабский (1874-1938).

Владислав Грабский (1874-1938)

Владислав Грабский (1874-1938)

Наибольшего величия достигли представители рода Яранда Брудзевских, переселившиеся в Германские земли. В Саксонии и Пруссии представители рода Яранд Брудзевских основали род баронов von Brause (von Brause-Brudzewski). Череда браков с представительницами знатных семей Нижней Саксонии (например, старинным и богатейшим родом фон Шак, знатным родом фон Вартенбург и др.), способствовала возвышению рода von Brause-Brudzewski.

Герб прусского рода von Brause (von Brause-Brudzewski)

Герб прусского рода von Brause (von Brause-Brudzewski)

Герб прусского рода von Brause (von Brause-Brudzewski)

Прусские бароны von Brause-Brudzewski, в основном, выбирали военную службу. Представителем рода von Brause, был Фридрих Август Вильгельм фон Браузе, саксонский и прусский генерал, командиром пехотной дивизии, почетный гражданин г. Франкфурта-на-Одере. Прусский генерал-майор Иоганн Георг Эмиль фон Браузе (1774-1836) , военный воспитатель Германского Императора Вильгельма I, командир прусского Кадетского корпуса и директор Общевойсковой Военной Школы, был еще одним знаменитым членом рода von Brause-Brudzewski. На его надгробии была надпись: «Вечная благодарность учителю и другу. Вильгельм, принц Прусский».

Генерал-майор Иоганн Георг Эмиль фон Браузе (1774-1836)

Генерал-майор Иоганн Георг Эмиль фон Браузе (1774-1836)

Генерал-майор Иоганн Георг Эмиль фон Браузе (1774-1836)

Его дочь Берта вышла замуж за Графа Ханса Дэвида Людвига Генриха Юлия Флориана Теодора Йорк фон Вартенберг (1805-1865) влиятельного политика, коллекционера произведений искусства и президента прусской провинции Силезия. Их сын Граф Ханс Людвиг Дэвид Пол Йорк Фон Вартенберг (1835-1897), юрист и философ, женился на внучке принца из дома Гогенцоллернов, Луи Фердинанда Прусского, Луизе фон Вильденбрух (1838-1918), дочери королевского прусского генерал-лейтенант Луи фон Вильденбрух (1803-1874), генерального консула в Бейруте, и Эрнестины фон Ланген (1805-1858), фрейлины принцессы Луизы Радзивилл. Саксонская и Прусская ветвь рода Яранда Брудзевских, породнившись с немецкой аристократией, до настоящего времени существует в Германии, ряд ее представителей внесли значительный вклад в политическое развитие современного немецкого государства .
Дробление капитала и процессы миграции потомков Яранда Брудзевского в сопредельные государства ослабили положение единого рода Яранда, и низвели в Речи Посполитой некогда богатейший и влиятельнейший род в число рядовой польской шляхты. Средневековые войны привели к тому, что земли Яранд герба Помян переходили в управление Тевтонских рыцарей, Пруссии, Литовского княжества и обратно в Польшу. Отдельные представители рода Яранда интегрировались в эти новые государственные образования.
Многочисленные потомки этого рода помнили о родоначальниках Яранда Брудзевских, государственных, военных и церковных деятелей XV-XVI в., владельцев большого числа населенных пунктов в Брестской области Куавии, г. Брудзева, собственности в Великой Польше. О родстве с Миколаем Яранда Збрудзель (из Брудзева; Брудзевского) свидетельствовал в 1812 г. корнет Иван Арандаренко. К этому времени потомки Яранда Брудзевского жили на Запорожье около 150 лет, а со времен могущества рода Яранда из Грабя и Брудзево прошло почти 400 лет.

Часть 2. Запорожский предок рода Арандаренко – гетман реестрового казачества Тимош Михайлович.

К началу XVII века представители польского шляхетского рода Яранда переселились на восточные границы Речи Посполитой, на территорию Запорожья. В истории Запорожского казачества и в целом Украинского казацкого государства важное значение играла шляхта, как один из важнейших источников пополнения казацкой старшины. Особенно значительным был процент выходцев из шляхты среды старшины казацких полков северо-восточного региона Гетманщины . Процессы появления шляхты на казачьих землях в течение 1618-1648 г. рассмотрены в фундаментальном исследовании профессора Кулаковского . Вопросы о роли и значении шляхты, их появлении на Запорожье, интеграции в казачество, и трансформации в дворянство Российской империи в первой половине XVII — начала XX в. изучалось М. Потапенко на примере благородных казачьих семей Нежинщины . Несмотря на эти глубокие исследования, история появления и интеграции отдельных выходцев из польской шляхты в составе казацкой старшины остается малоисследованной страницей истории Запорожского казачества.
В личной автобиографии Георгий Алексеевич Арандаренко называет своим Запорожским предком Тимофея (Тимоша) Михайловича Арандаренко , гетмана Запорожского реестрового казачьего войска (1630-1631 г. и 1633-1634 г. ), одного из первых представителей рода Яранда Брудзевских на Запорожье. Историк Запорожского казачества М.С. Грушевский о гетмане Тимоше Михайловиче писал, что сведения о нем в официальных Польских и Украинских документах очень незначительны: «…про Арандаренка та про долю українські лїтописї та польські офіцияльві документи за сей час дуже вбогі» . Его назначение было следствием противостояния восставших казаков гетмана Тараса Федоровича (Трясило) и польского войска коронного гетмана Станислава Конецпольского в 1630 г.
История казачества XVI-XVII в. полна примеров противостояния реестровых казаков , нереестровых, и выписчиков . Коронный Польский гетман Станислав Конецпольский боролся с нереестровым казачеством, несущим угрозу Речи Посполитой. Количество реестровых казаков было ограничено в различные периоды истории числом 5-8 тыс. казаков. Остальные десятки тысяч человек (по разным подсчётам их общее число могло достигать 100 тыс. казаков), были лишены права ношения оружия и фактически приравнивались к крестьянам.
Гетман реестрового казачества Григорий Черный исключил из казацкого войска крестьян, бежавших к запорожцам, начал борьбу с нереестровым казачеством. Запорожские нереестровые казаки, недовольные про-польской политикой гетмана Григория Черного, избрали на его место Тараса Федоровича , захватили в плен гетмана Черного, и казнили его.
Реестровые старшины с отрядами реестровых казаков бежали к коронному гетману Станиславу Конецпольскому, доложили ему о событиях на Приднепровье, прося защитить их, как верных его королевской милости воинов от казаков-бунтовщиков. Последующие события вошли в историю под именем восстания Тараса Федоровича 1630 г. Восстание быстро разрасталось, казаки овладели Корсунем, Каневым, Переяславом.
Документальные свидетельства непосредственных участников событий немногочислены, а последующие интерпретации искажены чрезмерной политизацией и патриотической риторикой .
Большая часть украинских историков утверждают о выдающихся победах под Переяславом, одержанных казаками над коронным войском, о крупном поражении коронного войска. Последующее поражение казацкого восстания объясняется отсутствием единства в рядах казаков и поддержкой польских войск реестровыми казаками. Часть старшины и бывших реестровых казаков, опасались развертывания восстания, и потери собственного положения, настаивала на заключении мирного соглашения с Польшей. Был принят тезис, согласно которому многочисленные жертвы с обеих сторон вынудили коронного гетмана Речи Посполитой Станислава Конецпольского и восставшую казацкую старшину сесть за стол переговоров. После начала переговоров гетман Тарас Федорович с отрядом в несколько тысяч казаков покинул лагерь. В 1631 г. Тарас Федорович вел переговоры с Московским царством. В конце 1631 года вблизи Киева реестровые казаки задержали московского и шведского послов, которые ехали на Запорожье к Тарасу Трясило. На казацкой раде в Каневе зимой 1634-1635 гг. Тарас Федорович призывал к восстанию против шляхетской Речи Посполитой. Затем ушел за Дон. В 1635 г. вел переговоры с Русью о переселении 700 казаков на Слободскую Украину. В казацких летописях говорится, что Тарас Федорович умер в Корсуни в 1639 г., через девять лет после восстания, похоронен на Богуславском кладбище.
Новым гетманом, после бегства Тараса Федоровича с переговоров, казаки избрали Антона Конашевича-Бута. Через несколько дней Станислав Конецпольский лишил его гетманской власти, и Конашевич-Бут с отрядом нереестровых казаков и выписчиков покинул казацкое войско. В мирных переговорах со стороны казаков участвовали старшины войска, а со стороны польского войска – коронный гетман С. Конецпольский, военачальник С. Лещ и старшины реестрового казачества, оставшиеся верными присяге польскому королю. Мирное Переяславское соглашение 1630 г. между Польшей и казаками, называлось очень символично: «Способ умилостивления гнева его королевской милости на запорожское войско за его преступления». 8 июня 1630 г. между казацкой старшиной и Конецпольским был заключен Перяславский договор. Станислав Конецпольский согласился увеличить реестр до 8 тыс. казаков. Реестровые казаки, со своей стороны, обязывались удерживать на Запорожье гарнизон в 2 тыс. казаков, немедленно отдать пушки, захваченные у коронного войска, вернуть пленных, а также отправляться по первому требованию короля на оборону Речи Посполитой .
Украинский писатели и этнограф Кулиш П.А. так описывал процесс назначения Тимоша Михайловича гетманом реестрового Запорожского казачества: «Покоренные панским оружием казаки снова принесли, как и пять лет назад, торжественную присягу на верность королю и республике. После присяги вписаны были в шеститысячный реестр заслуженные казаки, которых исключили было из него за их вины. Войско Запорожское взялось наблюсти, чтобы все выписчики разошлись по своим домам. Старшим казацким гетманом коронный гетман приказал быть шляхтичу Тимошу Михайловичу (казаки называли его Тимошем Орендою, или Арендаренком), как человеку, по словам документа, доказавшему свою верность, мужество и опытность в рыцарских делах Речи Посполитой. Этот старший гетман произнес отдельную присягу, которою обязывался воспрещать хождение на Запорожье казакам, не состоящим на королевской службе, не сзывать в купы ни охотников, ни выписчиков, напротив карать всех, кто бы отважился это делать. Вслед за своим старшим, войско присягнуло сжечь все морские челны, и тех, которые не состояли на королевской службе, не принимать к себе ни на Запорожье, ни на Украине» . Коронный гетман Станислав Конецпольский определил Тимоша Михайловича «всему войску Запорожскому за старшего, которому всякую готовность и послушание все будут должны оказывать» . Казаки дали ему прозвище Оренда, в различных документах он фигурирует под именем Орендаренко, Арандаренко, Арендаренко, Ранданенко, Рендарь и пр. Во всех документах он подписывался своим именем, без добавления казачьего прозвища.
Назначение Тимоша Михайловича гетманом реестрового казачества совпало с периодом ослабления рода Яранда Брудзевского в Северо-Западной Польше. В первой трети XVII в. г. Брудзев и собственность рода Яранда Брудзевских перешла к наследникам по женской линии, и передавалась в другие влиятельные шляхетские семьи Куявии и Серадза за счет брачных контрактов. Часть этих владений Яранда Брудзевских к 1630 г. перешло роду Конецпольских и роду Лещ, оба представителя которых служили в коронном польском войске, направленном на подавление казацкого восстания Тараса Трясило – Станислав Конецпольский коронным гетманом, а Самуил Лещ – командиром коронного войска. Предки этих знатных польских семей в течение XIV-XVI в., наравне с Яранда Брудзевскими, занимали высшие гражданские и военные должности в Куявии, попеременно служили воеводами Иновроцлава и Серадза. В начале XVII в. семьи Яранда Брудзевских, Конецпольских и Лащ окончательно породнились. Этот было причиной, по которой коронный польный гетман Станислав Конецпольский выдвинул Тимоша Михайловича на должность гетмана реестрового казачества.
Помимо ратных подвигов гетман Тимош Михайлович известен как автор части Львовских летописей . М. Гунашевский писал, что ведущий участник событий, гетман Тимош Арандаренко , помимо выдающегося полководческого таланта и опыта управления военными походами, которым обучился в королевстве Польском, имел хорошее образование, склонность к историко-литературной деятельности и составлял подробные реляции о своей деятельности, и рассылал их своим знакомым: «рукою власною тії новини посилал знаємим своїм в року 1630» . Кулиш в 1880-х г. писал о составлении «Литовских летописей» по «грамоткам» Т.М. Арандаренко. В.С. Иконников в своем труде «Опыт Русской историографии» (Киев, 1908 год) так же пишет, что по мнению Петрушевича , авторство части документов, использованных в написании Львовских летописей принадлежит гетману Арандаренко. Тимофей Михайлович собственноручно писал и рассылал бюллетени о ходе восстания Тараса Федоровича в 1630 г. («новины», практически полностью вставленные в Львовские летописи, с указанием его авторства). Хроники событий казацкого восстания 1630 г., описанные Тимофеем Михайловичем, высоко оцениваются историками, как единственное цельное и последовательное освещение этого исторического события . Анализ текста показывает, что автор был непосредственным участником всех описываемых событий, находился в коронном войске Конецпольского. Эта часть Львовской летописи разительно отличается от всего остального повествования. В иных частях Львовской летописи, при упоминаниях казачьих восстаний, видна антипольская риторика. Поражения Польских войск превозносятся как выдающиеся успехи казачества. Ненависть к Полякам прослеживается в течение всего текста Львовской летописи. Лишь в части, посвящённой восстанию Тараса Федоровича 1630 г., переписанной автором Львовской летописи из первоисточника, «новин» Тимофея Михайловича, написано о скорби по поводу гибели воинов Конецпольского, которых автор называет своими товарищами. Тимофей Михайлович цитирует слова Конецпольского сразу же после боя, подтверждающие отрицательное отношение Конецпольского к Унии и разные особенности событий мая 1630 г., известные лишь близкому соратнику Конецпольского. Это свидетельствует об ошибке, которую повторяют историки – будто бы Тимофей Михайлович был соратником Тараса Федоровича, и воевал в войске восставших казаков против Поляков во время казацкого восстания 1630 г. На самом деле Тимофей Михайлович воевал против восставших казаков Тараса Трясило в коронном войске Станислава Конецпольского.
Биографические сведения о гетмане Тимоше Михайловиче незначительны. Ложно утверждается, что он был Каневским уроженцем. Источник этой ошибки — неверная трактовка писем Тимофея Михайловича 1630-1633 г. В этих письмах он подписывается «Tymosz Michayłowicz, starszy, z wojskiem Jego Kr. Mści Zaporoskim» (Dath z Kaniowa, 3 d. Januarii, roku 1631) или «Tymosz Michałowicz, hetman, z wojskiem Jego Kr. Mści Zaporoskim» (Z Kaniowa, d. 10 Julji, roku 1633). Город Канев в первой половине 1600 г. был казацкой столицей . Гетман реестрового казачества Тимофей Михайлович – не Каневский уроженец, а лишь жил в столице реестровых казаков – городе Каневе, в период своего гетманства.
Тимофей Михайлович, будучи Запорожским гетманом периода казацких восстаний (1625-1640 г.), был одним из немногих гетманов, которые не были казнены Поляками или казаками. Большинство гетманов в то время погибли насильственной смертью. Это была «расстрельная должность», так как поддерживающие казацкие вольности гетманы были казнены Поляками, а гетманы, согласовывающие свою политику с Польской властью – казнены казаками. Тимофей Михайлович вел гибкую политику, оставаясь лояльным Польше, и не предавая «казацкой чести». Политику гетмана Тимофея Михайловича поддерживал Конецпольский. Как следует из письма Тимофея Михайловича к Христофору Радзивилу, казацкое посольство к Польскому Королю было направлено им по указанию Конецпольского. Этим письмом Тимофей Михайлович не только ставил в известность Радзивила о своих близких отношениях с Конецпольским, но и просил Радзивила поддержать свои просьбы в Варшаве. Гетман Тимофей Михайлович обладал изрядной долей дипломатического таланта, что следует из его поступков в первые месяцы гетманства. Он вернул Конецпольскому все пушки, захваченные казаками в 1630 г., но несмотря на польские требования, не сжег речные и морские суда, использующиеся казаками для набегов на Крым и Турцию. Запрет таких походов был одним из условий мирных соглашений между казаками и польской короной. Для предотвращения казацкого недовольства, в августе 1631 г. гетман Тимофей Арандаренко, совместно с кошевым атаманом Иваном Петражицким-Кулагой, соединившись с более чем 700 донскими казаками, организовал морской поход на Крым. Объединённое Запорожское и Донское казацкое войско разбило Крымский гарнизон, татарские улусы в предместьях Керчи, до основания разрушило прибрежную крепость Килиседжик , построенную еще генуэзцами в XIV в. Казаки овладели Гезлёвым и Инкерманом. Крымский хан Джанибек-Гирей приказал своим агам собрать войско. 800 татар напали на казаков недалеко от Мангупа. Казаки оставили Инкерман и ответили контратакой. Захватив две пушки, казаки, преследуя татар направились к Бахчисараю, уничтожили татар, а потом вторично овладели Инкерманом, неся большой урон Крымскому ханству. Хан бежал в Бахчисарай. По возвращению из Крымского похода, в сентябре 1631 г. гетман Тимош Михайлович добровольно сложил с себя гетманские полномочия, предотвратив свое смещение. Кошевой атаман Петражицкий-Кулага проявил себя в Крымском походе как опытный воин, и в сентябре 1631 г. был избран гетманом Запорожского казачества. Спустя год после поражения восстания Тараса Федоровича в казацкой среде усилились антипольские настроения. Гетман Иван Петражицкий-Кулага стремился к достижению взаимопонимания между польским правительством и Войском Запорожским, проводил лояльную политику по отношению к Польше, пытаясь путём компромиссов отстоять казацкие права и вольности. В сентябре 1632 г. гетман Петражицкий-Кулага был обвинен казаками в попытке сближения с польской администрацией и католической церковью, смещён с гетманского поста и убит в Каневе. Такого конца избежал гетман Тимофей Михайлович, оставаясь верным Станиславу Конецпольскому и Польской короне. Местонахождение Тимофея Михайловича с сентября 1631 г. до конца 1632 г. неизвестно.
После смерти Сигизмунда III в 1632 г. его сын Владислав пытался утвердиться на престоле. Состоянием политической нестабильности Речи Посполитой попытались воспользоваться ее соседи. В Москве решили, что наступил благоприятный момент для реванша за поражение в войне 1609-1618 г. В июне 1632 года, не дожидаясь нескольких месяцев до окончания срока действия Деулинского перемирия, русское правительство решило начать войну. 20 июня 1632 года состоялся Земский собор, на котором была объявлена русско-польская война между Русским царством и Речью Посполитой. Накануне войны Россия пыталась склонить к совместным действиям против Речи Посполитой Швецию и Османскую империю, но безуспешно, и ей пришлось воевать без союзников.
Польше была необходима уверенность в лояльности казаков, гарантии их верности. С одобрения православного духовенства среди казачества распространялись призывы к отделению Запорожья от Речи Посполитой и присоединение к «братьям по православной вере», Русскому царству. С этими предложениями выступала и казацкая старшина, поэтому держать в тылу воюющей польской армии десятки тысяч вооруженных казаков-сепаратистов, которые в любой момент могли ударить Польской армии в тыл, было смертельно опасно. В этой ситуации был необходим такой гетман, который бы консолидировал реестровое и не реестровое казачество под единым руководством, был верен Польской короне, и выступил с объединённым казачьим войском на стороне Польской армии . Использовать для боевых действий только реестровых казаков (6-8 тыс. человек), игнорируя десятки тысяч вооруженных выписчиков и нереестровиков было нельзя. Это грозило новым восстанием, войной на два фронта, в окружении казацкого войска на Западе и Русских войск на Востоке . Таким казацким лидером, от которого, без преувеличения, зависел исход всей Смоленской войны и стабильность Речи Посполитой, Станислав Конецпольский вновь назначил Тимоша Михайловича. Это была чрезвычайно трудная задача, так как лишь за несколько месяцев до этого назначения казаки казнили гетмана Петражицкого-Кулагу лишь по подозрению в лояльности к польской короне.
Первым решением, которое принял гетман Тимош Арандаренко в конце 1632 г. было объединение всех казаков в единое войско. Им было собрано до 50 тысяч человек. В это число, кроме реестрового войска, входили беглые крестьяне, холопы, все выписчики и нереестровики. Это войско, первоначально напоминавшее разношерстную банду, он направил на приграничные русские города — громить их, грабить, отрезать пути снабжения продовольствием и пополнением армии русских воевод Шеина и Измайлова.
Отвыкшие за 1632 год от шляхетского управления гетманом Тимошем Михайловичем, Запорожские казаки сначала прошли проверку боем, на территории Западной Руси. Показательным была осада Путивля предпринятая в мае-июне 1633 г.: «пришли под Путивль запорожские черкасы Тимошка Рандаренко, а с ними польских и литовских людей, и запорожских черкас и всяких вольных людей тысяч с пятьдесят и больше с нарядом и стали около города во многих местах с шанцы и туры, со всех сторон под город и под острог подкопали и под Никитскую башню подкоп подвели и из тех шанцов по городу и по острогу беспрестанно стреляли и зажигательными ядрами и нарядными стрелами многажды и в городе и в остроге зажигали и воду у путивльских людей отняли и приступом, жестокими приступы с приметы многажды приступали и с умыслом посылали воров, путивльского уезда русских мужиков для зажоги, и смутными листы прельщали и многую тесноту путивльским людям учинили». Осада длилась с 14 мая по 9 июня. Однако, несмотря ни на какие ухищрения Запорожцев, осажденные «стояли крепко и мужественно», не раз совершая удачные вылазки. «Многих польских и литовских людей и черкас у приступов и на вылазках, и в шанцах побивали и знамёна их и языки имали, и многие шанцы раскапывали и подкопы зарушали, и примётные дрова и солому зажигали и города зажечь не дали». Осаждающие понесли тяжёлые потери. По сведениям же Разрядных книг «черкасы Тимошка Рандаренко приходили, стояли под Путимлем пять недель, и приступы были многие, и на приступах черкас многих побили, и черкасы от Путимля прочь пошли в свою землю». В ходе боёв за Путивль в плен попало 63 человека. Городская тюрьма была переполнена, охранять пленников было некому и потому всех их убили. Потери пленными понесли и сами путивляне. Перейдя в контрнаступление, черкасы в это же время попытались отбить занятый русскими войсками Новгород-Северский. Однако ратники воеводы И. Г. Бобрищева-Пушкина успешно отразили все атаки неприятеля. Той же весной, 20 мая 1633 г., реестровые черкасы Тимошка Рандаренко штурмовали Рыльск, но также были отбиты и отошли, потеряв 10 человек пленными.
Гетман Тимофей Михайлович обучал казаков навыкам осадного боя. Через несколько месяцев часть казаков ушла сама, часть была отправлена по домам Тимофеем Михайловичем. К осени 1633 г. в армии Тимофея Михайловича было до 20 тыс. обученных казаков.
Помимо участия в Смоленской войне от гетмана Тимоша Михайловича требовалось удерживать в безопасности и южные границы Речи Посполитой из-за реальной угрозы турецкой агрессии. Масштабное использование Запорожского войска польской короной во время Смоленской войны прослеживается в письме гетмана Тимоша Михайловича к шляхтичу Леонтию Каменецкому от 10 июля 1633 г.: «только невозможно понять, как нас хотят разорвать на несколько частей: то ли Украину нам надо оберегать от московитянина, или тоже от неприятеля святого Христа (басурман Турецких), или в конце концов идти мне войском моим в Смоленск» .
В сентябре 1633 г. под Смоленск на помощь польскому королю Владиславу прибыло 20-тысячное Запорожское войско под началом гетмана Тимофея Арандаренко. Последовательные победы, одержанные объединённым польско-казацким войском в войне против русских войск, обеспечили Речи Посполитой уверенную победу в этом приграничном военном конфликте.
Очевидец, посол прусский Вайнбер описывает это войско так: «Это <…> храбрые люди, на добрых конях; каждый с длинным ружьем, вроде шотландских; имеют с собой десять пушек (некоторые от императоров Фердинанда III и Рудольфа II); целым сердцем хотят боя…». В польском описании нападения отряда гетмана Тимоша Орендаренка на укрепленный дворянский особняк в с. Ляцкой (ныне с. Солоноватка) подается достаточно подробный перечень казацкого вооружения, в том числе и огнестрельного оружия: «Присоединили из сел многих подданных и ворвались в село военным способом вроде взбунтовавшихся казаков, некоторые пешие, другие верхом, вооруженные пушками и ружьями, длинными и короткими, серным порохом и пулями, косами, топорами, железными пиками, флагами, бубнами и другим».
Очевидец, польский ксёндз Еолудзкий описывает их менее благосклонно: «Видел огромную толпу, которую нельзя было-бы и посчитать; в тот день, придя в лагерь, тянулись по несколько хоругвей в куче, без строя, и всего только порядка, что были все вместе; это толпа, на которую нельзя числить на войне, подобная больше на сатиров, как на цивилизованных людей: мужики все одинаковые, в серой одежды, редко который в синей или красной; кожа на теле как кора на дереве; пренебрежение житя необычная — более жюри о водке как о веку». Но сейчас же он добавляет и истории о их казацкой отваге: «Сейчас происходили между неприятелем, поймали трех выдающихся офицеров и привели их в руки к королю; речей не говорили, сказали только: «Король, вот тебе Немцы» (а были то Французы) дано им два ушаты меда и 20 талеров – были они этим удовлетворены «. Далее, вспомнив что войско разделено на три позиции, добавляет: «на всех трех местах исполняют надежды, на них ложены. Килькадесять, раздевся на голо, переплыли Днепр с голыми саблями под неприятельские окопы и много там избили народа. А один из них такую отвагу показал: когда надо было достать языка на втором боци, пустился плыть через реку (Днепр) и затаился в воде на берегу; когда какой Москвитин пришел к воде, он его схватил за волос, бросил в воду и так с ним переправился обратно; очень смешно рассказывал сию трагедию казак тот королеве, как он его подстерегал».
Запорожское войско гетмана Тимофея Арандаренко было численно равно всему польско-литовскому войску. Подготовленные и боеспособные Запорожцы Арандаренко внесли решающий вклад в итог военной компании. Многочисленные публикации об истории Смоленской войны сводятся к следующему: «После восшествия на престол Владислава в ноябре 1632 года, когда армия Шеина уже стояла под стенами Смоленска, Польша остро нуждалась в военной помощи со стороны казаков. Польский сейм пошел на уступки своим православным гражданам и официально признал существование Православной церкви и православных городских братств. Им был возвращен ряд церквей и монастырей, в том числе и Софийский собор в Киеве. Казаков даже уравняли в правах с поляками и литовцами, разрешив им входить в органы местного самоуправления. Казаки тут же поменяли местами друзей и врагов и выставили против своих единоверных братьев 20-тысячное войско во главе с гетманом Арандаренко в поддержку 9-тысячной польской армии, решив, таким образом, судьбу 30-тысячной Русской армии, ее главнокомандующего Шеина и судьбу самой битвы за Смоленск».
В 1633 в Феррари, в типографии Джозеф Джироне было издана брошюра под названием «Реляция о подготовке войск и удачные военные подвиги его величества светлейшего Владислава, короля Польши и Швеции, во время Московского похода». В ней гетман Тимофей Михайлович был назван полковником Дарко , что еще раз подтверждает его происхождение не из среды Запорожских казаков.
Русско-Польской войне и Смоленской битве посвящены и ряд Западных монографий , описывающих вклад Запорожского казачьего войска гетмана Арандаренко в победу Польши над Россией в1634 году: «Польская Королевская армия прошла маршем на восток вдоль высот вдоль северного берега Днепра и заняла позиции по обе стороны Колодня-Крик и на Заворонковой горе (19-23 октября), в нескольких километрах от Смоленска. Иностранные отряды наемников в армии Шеина в пехотных полках яростно сражались за то, чтобы прогнать польскую пехоту и «Драконов» (кавалерию польской шляхты) с Заворонковой горы, но были отброшены польской тяжелой кавалерией, атакующей их фланг. За четыре дня боев за Заворонкову гору москвичи потеряли около 2000 убитых и раненых, поляки — около 600-700. К 23 октября поляки твердо овладели холмом и начали использовать его стратегическое положение для бомбардировки лагеря Шеина. Шеин не мог поднять использовать собственное оружие настолько эффективно, чтобы подавить огонь польского оружия. К концу месяца лагерь Шеинов был отрезан от любого подкрепления с востока — основные силы Владислава заняли Богдановы дюны на северном берегу Днепра, а запорожские казачьи полки теперь занимали южный берег реки. В декабре польские войска под командованием гетмана польного Козаневского и казачьи войска под командованием гетмана Арандаренко начали рейды через границу, на территорию Московского государства, в Белый, Вязьму, Ржев и Калугу. Войска Шейна, находившиеся в их лагере, стали голодать. К началу января 1634 года три московских резервные армии, мобилизованные в Можайске, Ржев-Владимире и Калуге еще в конце октября 1633 года, не завершили свои формирования и не были готовы к походу. После того, как Запорожское казачье реестровое войско гетмана Арандаренко стало в декабре 1633 года полностью контролировать не только границу Польша-Россия, но и опустошать приграничные Русские земли, эти армии Московитов были полностью отрезаны от армии Шеина, и перестали представлять какую-либо угрозу»
По донесениям польного гетмана Казановского коронному гетману Конецпольскому, казаки гетмана Арандаренко сыграли важную роль в обороне Смоленска и поражении войск Шеина. Они вместе с польскими войсками сражались в боях, шли на приступы, вели разведку, принимали участие в блокаде московских войск. В январе-феврале казаки гетмана Арандаренко захватили Дорогобуж, отрезав воеводам Шеину и Измайлову сообщение с Москвой, откуда те ожидали подкреплений. Затем казацкие отряды рассыпались по всей округе вплоть до Белой и Калуги, неся урон русским войскам и препятствуя формированию резервной армии Шеина. В феврале 1634 года, после сепаратных переговоров с польским командованием, главные воеводы Михаил Борисович Шеин и Артемий Васильевич Измайлов капитулировали. С остатками русских войск (8 тыс. чел.) воеводы покинули смоленский лагерь, оставив в руках поляков весь обоз и артиллерию. В Москве царское правительство, недовольное неудачными военными действиями русских войск под Смоленском, и дальнейшим развитием событий, организовало судебный процесс по делу воевод Шеина и Измайлова. 28 апреля 1634 года по приговору Боярской думы боярин Михаил Борисович Шеин и окольничий Артемий Васильевич Измайлов, обвинённые в измене, были казнены на Красной площади в Москве. Имущество Шеина было конфисковано в пользу казны, а члены его семьи были сосланы в Сибирь. Вместе с Артемием Измайловым был казнён его старший сын Василий. Младший сын Семен Артемьевич Измайлов был бит кнутом и вместе с семьёй отправлен в ссылку в Сибирь. Тимофей Васильевич Измайлов, младший брат Артемия, вместе с семьёй был сослан в Казань.
После поражения русских войск, война была перенесена на территорию Российского государства. 20 марта 1634 г. гетман Тимош Михайлович пришел в Мещовский уезд «в вотчину поверженного воеводы Артемья Измайлова в село Щелканово, за 40 верст от Колуги, а от Мещевска за 20 верст». В селе был обустроен большой укрепленный казацкий лагерь, просуществовавший около двух месяцев. Щелканово фактически стало главной оперативной базой Запорожского войска, откуда казаки совершали набеги на Калужский, Козельский, Перемышльский и другие уезды Московского государства. Согласно челобитной служилых людей полка князя Ф. С. Куракина, стоявшего в Калуге, «под Козельск и под Мещеск и под Перемышль приходили многие же литовские люди и к городам приступали, и посады обожгли, и ныне стоят в Мещевском уезде, в селе Щелкалове, а воюют по самую Колугу».
После завершения войны Речи Посполитой с Московией варшавский сейм принял новое постановление о казачестве. «По воле нынешнего сейма, — отмечалось в ней, — мы ставим условие, чтобы этого Запорожского Войска на службе нашей и Речи Посполитой в будущем никогда не было более 7000, о чем должны следить наши гетманы. А для вписання этой 7-й тысячи мы пошлем наших комиссаров. Плата в Каневе всегда контролировать это войско, которое будет находиться в реестрах 7000. Если бы кто-то из реестровых казаков оказался бунтовщиком и непослушных гетманам нашим, или «их наместникам или своим старшинам, или же оказался зачинщикам черной совета, тот не только должен быть вычеркнут из регистровой службы, но и наказан смертью». Как и в предыдущих конституциях, местная администрация обязывалась предотвращать побеги шляхетских крестьян на Запорожье, и, под угрозой лишения всех прав и привилегий, запрещало походы казаков в Крым и Турцию.
После подписания мирного договора между Польшей и Русским царством гетман Тимофей Михайлович в 1634 г. снова сложил с себя гетманские полномочия. Очевидно, что гетман реестрового Запорожского казачества Тимош Михайлович был не только человек, доказавший свою верность, мужество и опытность в рыцарских делах Речи Посполитой, но и высокообразованным для своего времени человеком, оставившим заметный вклад в историю казачьего движения и польско-русских отношений первой трети XVII века.
Прямые упоминания о Тимоше Михайловиче, после его повторной отставки, как и после первой его отставки, не обнаружены. Наиболее вероятно, что он продолжил службу в коронном польском войске. Косвенные свидетельства о месте его службы могут быть связаны со Станиславом Конецпольским. Дочь Станислава Конецпольского в 1634 г. вышла замуж за Абаза-пашу в 1633 г. в Яссах . Свадьба высокопоставленного сановника Османской империи Абаза-паши и дочери Станислава Конецпольского, одного из богатейших и влиятельнейших представителей Польского государства, не являлось чем-то необычным. Так, в начале 1634 года Абаза-паша назначил Василия Лупу господарем Молдавии. Браки обеих дочерей господаря Василия Лупу должны были послужить заключению мира с Речью Посполитой и Запорожским казачеством: его дочь Мария Лупу стала женой великого гетмана Литовского Януша Радзивилла, а дочь Руксандра Лупу – женой сына Богдана Хмельницкого, Тимоша Хмельницкого. В 1650 году Хмельницкий умело использовал конфликт между Молдавией и татарами, вместе с ними вторгся в княжество и занял Яссы. Ваилий Лупу был вынужден заключить мир с Хмельницким. Союз было решено скрепить браком сына Хмельницкого Тимофея с дочерью В. Лупула Руксандрой. Брак дочери Станислава Конецпольского и Абаза-паши в 1633 г. был подобным политическим решением.
В 1634 г. у Абаза-паши родился сын Андрей, родоначальник рода Абаза, сын великого визиря Османской империи Мехмеда Абазы и внук великого коронного гетмана Станислава Конецпольского. Род Абаза стал использовать не герб Побог рода Конецпольских, а герб Помян рода Яранда Брудзевских, к которому по женской линии принадлежала дочь Станислава Конецпольского. Несмотря на родство с коронным гетманом, 20 ноября 1633 года Абаза-паша во главе османского войска, поддержанного татарами Добруджи, ногайцами Буджакской орды, и отрядами из Молдавии и Валахии под руководством Кантемира, вторгся в пределы Речи Посполитой. Осадил Каменец, но потерпел поражение 22 ноября того же года. 23 августа 1634 года по приказу султана Османской империи Мурада IV, Абаза-паша был задушен. Жена Абаза-паши, дочь Станислава Конецпольского, со своим сыном Андреем проживала в Молдавии. Учитывая доверительные отношения коронного гетмана Станислава Конецпольского и, Тимоша Михайловича, вероятен его переезд в Молдавию, по просьбе Станислава Конецпольского, для охраны его дочери, вдовы Мехмеда Абаза и внука Андрея, потомками рода Абаза-Конецпольских. Это объясняет скорую отставку Тимофея Михайловича и его отъезд с Запорожья летом 1634 г. После 1670-х годов потомки Абаза-Конецпольских из Молдавии переселились на Запорожье. После казацкого восстания Богдана Хмельницкого во второй половине 1650-х годов происходил масштабный передел земельной собственности. Род Конецпольских в Польше прервался по мужской линии, его латифундию делили родственники по женской линии, обширные земельные угодья захватывала казачья старшина, земли заселялись представителями сопредельных государств, которые вливались в казачье войско. В это время войсковой старшина Абаза выехал из Молдавии на Запорожье со своими приближенными. Среди перечня его сослуживцев, одним из первых значится некто Арандар .
Это был еще один из путей переселения представителей рода Яранда Брудзевских на Запорожье, в составе отряда Андрея Абаза, ставшего брацлавским полковником Войска Запорожского (1684—1703 гг), участником совместного похода польского и казацкого войска против турецких войск в Молдавию в 1686—1687 годах. В 1691—1696 г. он участвовал в походах на турецкие крепости Кызы-Кермен, Буджак, Очаков. В 1702—1703 годах он возглавил восстание казаков Брацлавщины и жителей Подолья против Речи Посполитой. В конце октября 1702 года Абаза вместе с отрядами богуславского полковника Самойла Самуся участвовал в осаде Белой Церкви, взятии Немирова, Бара и других городов Подолья. 20 февраля 1703 года в бою под Ладыжином был тяжело ранен и попал в плен. По приказу польского гетмана Адама Сенявского был предан пыткам и посажен на кол в Шаргороде. Сын Андрея Абази, Илья Андреевич Абаза (1655—1727) — родоначальник русского дворянского рода Абаза молдавского происхождения, молдавский боярин и ворник Бутушайский, получил подтвердительную грамоту на наследственные имения (1676), принял российское подданство в польском городе Яворов и пожалован чином полковник (25 мая 1711). До революции 1917 г. представители дворянского рода Абаза герба Помян жили в Полтавской губернии. До 1917 г. роду Абаза, как и роду Арандаренко, в Российской империи принадлежал герб Помян. Это свидетельствует о том, что род Абаза не только помнил своих польских родоначальников, но принял герб не рода Конецпольских (шляхетский герб Побог), а рода Яранда Брудзевских (шляхетский герб Помян).

Часть 3. Причины расхождения в написании фамилии Арандаренко.

Как верно заметил венецианский посол Альберто Вимина в письме к Б. Хмельницкому в 1650 году, «У казаков нет другой письменности, кроме народной русинской, но лишь немногие ею занимаются». Это явилось причиной многочисленных расхождений в написании фамилии представителей рода Арандаренко на Запорожье в XVII-XX в. Как свидетельствует корнет Иван Арандаренко, род Яранда (Средневековое польское имя «Яранд» в немецкой версии звучит как «Аранд» ), поселившийся на Запорожье в середине XVII в. «простолюдинами» многократно переименовывался. В течение последующих 200 лет казаки с многочисленными вариациями родового имени Яранда Брудзевских, расселились в Черниговской и Полтавской губерниях. Многочисленные потомки Иоахима Яранда Брудзевского проживали в большинстве сел Черниговской, и позже – Полтавской губерний. В зависимости от места проживания в Черниговской губернии, за потомками Яранда Брудзевского закрепились различные вариации прозвищ, которые со временем превратились в фамилии. Многочисленность Черниговских казачьих семей рода Арандар, Арендар, Орандар, Арандаревы и пр., позволяет предположить о возможности переселения на Запорожье нескольких представителей рода Аранда Брудзевских, обосновавшихся на Запорожье в XVII в. Все казачьи семьи Яранда/Арандар на Запорожье были выборными , но лишь одна ветвь этого рода с начала 1700-х г. становится казачьей старшиной, будущим родом потомственных дворян Арандаренко.
У казаков все фамилии переписывались из исповедных и метрических книг или писались сельскими писарями на слух. Вероятно, при опросе жителей, кто-то не выговаривал буквы, картавил, свидетельствуя об односельчанах, либо писарь неаккуратно переписывал фамилии. Поэтому в документах встречаются многообразные вариации этой фамилии. Например, в хуторе Бакай Полтавская губернии, Хорольского уезда, Калениковской волости жил казак Орендаренко Степан, а его родной сын был записан под фамилией Арендоренко Моисей Степанович. И это несмотря на то, что большинство крестьян и казаков в этом селе имели фамилию Арендаренко. В г. Прилуки жил Алендаренко Иван Иванович, но в основном там проживали казаки Аландаренко. Некоторых казаков села Полова, традиционно носящих фамилию Арандаренко (до начала XX-го века) и Аландаренко (в основном после 1917 года), в документах иногда записывали как Алендаренко (Павел Фёдорович Алендаренко, Полтавская губ., Прилукский уезд, с. Полова). Встречаются такие вариации фамилии: Рендаренко Афанасий Алексеевич (Полтавская губ., Хорольский уезд, Калениковская вол.), что полностью копирует прозвище гетмана Тимофея Михайловича, которого в некоторых документах 1630-х годов называли Тимош Рендаренко (а также Рендаренок, Орандаренко, Арандаренко, Оренда, Рында, Аранда и прочее). Такое же написание можно встретить и в Черниговской губернии: Рендаренко Вавило Николаевич (Черниговская губ., Новозыбковский уезд, Злынская вол.); Рендаренко Алексей Михайлович (Черниговская губ., Городнянский уезд, м. Репки). Были и такие модификации: Арандоренко Василий Игнатович (Черниговская губ., Горност. уезд, Дроздовская вол.) и др. В селе Загоровка Черниговской губернии у выборных казаков было прозвище Орандар, Оранда, Орандаренко. Казаки, переселившиеся из села Черняховка в с. Великая Загоровка, носили фамилию Аранда, Арандар, Арандарь, Арандаренко и Арендар. По Исповедным ведомостям с. Черняховка Черниговской губернии 1750-1790-х г. у Петра Аландаренко были сыновья Онисим (Петров сын Арандар) и Стефан (Петров сын Арандаренко). Их многочисленные дети (Федор, Ефимий, Иоан и др.) и их потомки были вписаны под фамилиями Арандар (Федор, Стефана сын Арандар), их жены Арандарки, и казаки Арандаренко (Ефим, Стефана сын). К 1828 г. в Черняховке жили потомки Федора и Евфима (детей Стефана, сына Петра Арандара) но их уже записывают с фамилиями Ландарь и Ландарка, а их дети вновь становятся Аландарями. Казаки с фамилией Арендаренко жили в Хорольском уезде Полтавской губернии, в Остаповской и Калениковская вол., х. Бокай, Белоцерковская вол., н.п. Дебянки, и в Черниговской губернии: Городнянский уезд, Дроздовицкая вол.
Иоакима Яранда Збрудзел своим родоначальником на Запорожье почитают и потомки рода священнослужителей Арендаревых из села Великая Загоровка Черниговской губернии. У Иоакима Яранда было два сына – Петр Аландар и Кирилл Арандар. По метрическим книгам Черниговской губернии, внук Кирилла Арандара, Василий и его сын Иван, числились под фамилией Арендар. В следующем поколении Данил Иванович был вписан под фамилией Арандарев. Он женился на Ирине Дмитриевне Чудновской, дочери православного священника, дворянина Дмитрия Григорьевича Чудновского. Чудновские — дворянский род Российской империи, православного вероисповедания. Род известен с XVIII века. По ряду исследований отмечалась возможность принадлежности данного рода к потомкам шляхты Цудновских. От основателя рода Евфимия Чудновского и от его сына Василия пошли три ветви семьи (сыновья Григорий, Яков и Иван). Старшая линия рода от внука Василия, Алексея Григорьевича была внесена в I часть ДРК (Дворянская Родословная Книга) Черниговской губернии. Владели селом Фастовцы, Борзенского уезда Черниговской губернии. До второй половины XIX века — священнослужители Русской Православной церкви. Породнившись с дворянским родом Чудновских, род Арендаревых, как и род Арандаренко, сохранили свою фамилию, как родовую идентичность, и фамилия Арендарев больше не видоизменялась.
Потомки Иоакима Яранда, основавшие потомственный дворянский род Арандаренко, до начала XIX в. звались на Черниговщине прозвищами Аранда, Арандар, Аландар, Аландаренко , а в центральной России начинали военную службу под фамилией Орандаренко, Арандаренко и Арендаренко. При официальном написании фамилии Черниговских дворян Аландаренко, в первой трети XIX в., наибольшее хождение имела форма «Орандаренко» в официальных документах , книгах, журнальных и газетных публикациях . Для отделения от родственников крестьянского и казачьего сословия, этот дворянский род принял в первой половине XIX в. важное решение — стали зваться фамилией Арандаренко, практически не использующейся в Черниговской губернии. Тем самым они выделили свой род из большого числа потомков шляхтича Яранда герба Помян, сохранив родовую идентичность потомственных дворян Арандаренко. В средине XIX в. утверждается основная версия написания дворянской фамилии – Арандаренко . Это было обусловлено необходимостью выделить дворянский род Арандаренко из многочисленных родственников, которые утратили «шляхетское достоинство» и стали рядовыми казаками, а со временем крестьянами Черниговской и Полтавской губерний (Арендаренки, Аландаренки, Арендоренки, Арандаревы, Арендари, Ландари). Впервые форма написания «Арандаренко» была принята и опубликована в 1839 г. Окончательно форма дворянской фамилии Арандаренко была утверждена Указом Герольдии 11 Июня 1841 г. за № 8146. В последующих публикациях Списков Гражданским чинам форма «Арандаренко» была окончательно закреплена за этим родом , и в Указе Пр. Сен. 22 февраля 1849 г. за № 636 в список дворянских родов и лиц, внесенных в дворянскую родословную книгу Черниговской губернии, вносились представители рода под фамилией Арандаренко . Несмотря на принятую официальную форму написания, некоторые представители дворянского рода Арандаренко до конца XIX в. продолжали использовать форму «Арендаренко» в повседневном общении, личной и официальной переписке, литературных и научных публикациях. В частности, Георгий Алексеевич Арандаренко в официальной переписке, в том числе и во всеподданнейших докладах Военного Министерства, именовался одновременно и Арандаренко, и Арендаренко, в официальных бумагах, письмах и приказах, имеющихся в делах Главного Штаба, подписывался Арендаренко, а в послужном списке значился Арандаренко . К концу XIX в. большая часть носителей фамилии Арандаренко были потомственными дворянами Черниговской губернии, потомками сотенного возного первой Нежинской полковой сотни Ивана Михайловича Аландаренко (прадеда Георгия Алексеевича Арандаренко), и дворянская ветвь рода никакой другой фамилией больше не называлась.
В начале XX века фамилия Аландаренко была лишь у некоторых казаков и крестьян Прилукского уезда Полтавской губерний (в настоящий момент Прилукский район Черниговской области) — г. Прилуки, с. Сухополова, с. Сухоставец, с. Каневщина, с. Полова, с. Кроты, с. Заезд. Фамилия Аландаренко сохранилась у казаков-переселенцев из села Полова в село Лесные Сорочинцы. До революции 1917 года, в селе Полова Прилукского уезда казаки в равной мере использовали фамилию Арандаренко и Аландаренко. В XIX веке преимущество отдавалось фамилии Арандаренко, а в начале 1920-х годов эта фамилия исчезла. Казак Арандаренко Кирилл (родился в конце XVIII или начале XIX в.), сын его казак Арандаренко Моисей Кириллович (1825 г.р.), сын его казак Арандаренко Павел Моисеевич (1851 г.р.), сын его казак Арандаренко Феодор Павлович (1885 г.р.), его сын — Аландаренко Алексей Федорович (1928 г.р.). С чем связана смена фамилии с Арандаренко на Аландаренко, документальных данных нет. Возможно, что «дворянская» фамилия Арандаренко в начале 1920-х годов была менее предпочтительной, чем казацкая, классово более правильная, фамилия Аландаренко.
Дети и внуки корнета Ивана Арандаренко породнились на территории Запорожья с потомками казацкой старшины, с потомками русских столбовых дворян, с баронскими и княжескими семьями. Потомственные дворяне Арандаренко многократно приумножили семейный капитал, достигнув уровня промышленников-миллионеров, занимавших министерские должности по линии промышленности и торговли. Они вписали свои имена в историю Российской империи как выдающиеся писатели, ученые, географы, путешественники и первооткрыватели, занимали высшие военные, полицейские, жандармские и гражданские чины Российской империи. Это тем более вызывает уважение, что в их окружении, в Черниговской и Полтавской губерниях, жили сотни ничем не выдающихся родственников-казаков и крестьян, используя прозвища, которые были им даны малограмотными простолюдинами 100-300 лет назад.
И тем большее уважение, что это были потомки одного человека, казацкого старшины Михаила Петровича Аландаренко, погибшего во время осады Очакова в 1737 году (Русско-Турецкая война 1736-1739). Его сын Иван Михайлович был полковым юристом, грамотным и образованным человеком, не побоявшимся возглавить оппозицию 1767 г., добивавшегося признания дворянства Российской империи всей казачьей старшине в Черниговской губернии, и в итоге достигшей своей цели. Именно он – родоначальник дворянской ветви рода Арандаренко, первый владелец села Малая Кошелевка Нежинского уезда Черниговской губернии.

Часть 4. Появление дворянского рода Арандаренко

В первой половине XVII в. большинство старшинских должностей на Запорожье занимали представители нескольких «исконных» казацких родов, ведущих свою родословную с XV в., и перераспределяющих старшинские должности среди своих родственников, и потомков от брачных союзов. Рядовых казаков было более ста тысяч человек, и конкуренция на старшинские должности была очень большой. Потомки шляхтича Яранда Брудзевского имели малый шанс дослужиться до старшинских должностей. Часть из них осталась рядовыми казаками, часть в XVIII в. стала крестьянами.
Казачья старшина была военно-политической элитой нового государства – Гетманщины. Среди многочисленных потомков рода Яранда Брудзевского в конце XVII в. выделяется одна из ветвей, занимавшая старшинские должности сотенного уровня Нежинской полковой сотни . Время появления дворянского рода Арандаренко на территории Нежинщины точно определить не удалось. Архивные документы дают основания предполагать, что это произошло между 1618 и 1648 годами. В формулярном списке от 29 января 1812 г. корнет Иван Иванович Арандаренко свидетельствовал: «предки мои имели на фамилию Яранда герб, означающий в красном поле волову голову пронзенную саблею <…> Происхождение предков моих из польского шляхетства от Николая Яранда Збрудзела; однако по превратности времени и по упалости фамилии покрыто неизвестностью; но прапрадед мой Иоахим, как возымел жительство в Малой России Нежинского повета в селе Черняховке, то тут простолюдинами переименован с Яранда Аландаром; по смерти же его, сын его, а мой прадед Петр Аландар продолжил Всероссийскому престолу военную казачью службу; по смерти прадеда моего Петра, сын его, а мой дед Михайло, наименовавшийся Аландаренком, продолжал же воинскую службу <…> сотенным старшиною, и при осаде крепости Очаковской на службе жизнь свою кончил <…> показание всего сего извлечено из записок предков моих, из старых казачьих кампутов, из свидетельств старожилых людей и двенадцати благородных дворян данных мне в 1784 году, из крепости на недвижимое помещичье имение, с патента на чин 1792 года февраля 9, из грамот дворянской Черниговской комиссии и из свидетельства Нежинского нижнего земского суда сего января 12 дня данного» .
Существенной особенностью герба Помян рода Арандаренко является красное поле, на которой расположена «волова голова, пронзенная саблею», что является модификацией традиционного герба Помян. Традиционный герб Помян на печати Яранда Брудзевского 1435 года или Яна Грабского 1442 года изображает «на щите голову зубра, пронзенную мечом слева по диагонали сверху». Существовало несколько десятков разновидностей герба Помян. В основном это касалось изменения цветового поля и направления меча, пронзавшего или рубившего «волову голову», и мелких деталей рисунка. Такие вариации преследовали цель создания собственной эмблемы внутри единого родового герба, идентифицирующего потомков рода Помян, но не классифицирующийся как отдельные гербы. Традиционный цвет щита – золотой, существует вариант герба Помян с голубым или красным полем. Красный цвет щитового поля был принят в геральдике Польских и Литовских дворян, в то время как в Прусской геральдике часто встречается голубой фон. В европейских гербах частым элементом является рыцарский меч. Традиционным холодным оружием казаков была сабля. Поэтому в гербах казачества использовалось изображение сабли для идентификации с Войском Запорожским. Красный цвет щитового фона служил напоминанием о ратных подвигах владельца и косвенно ассоциировался с Речью Посполитой, которой территориально принадлежало Запорожье, как ее юго-восточное пограничное владение.
Единственным представителем потомков рода Яранда Брудзевского, выслужившейся до казацкой старшины в начале XVIII в., был Михаил Петрович Аландаренко, участник Русско-Турецкой войны 1736-1739 г., погибший во время осады Очакова в 1737 году. Его сын, сотенный возный Иван Михайлович Аландаренко, проживал в г. Нежин , имея собственный каменный дом . Он был сотенным возным, исполнял судебные и полицейские функции в 1-й Нежинской полковой сотне. Большинство его потомков по мужской линии служили в полиции и жандармерии, занимали различные должности в Нежинском земском суде. Сотенный возный Иван Михайлович Аландаренко – родоначальник дворянской ветви рода Арандаренко. В начале 1767 г. он был одним из руководителей старшинской оппозиции относительно политике Российской империи в сфере управления Гетманщиной. В том же году у предводителя Нежинского дворянства полковника И.П. Тарновиота он приобрел имение в селе Малая Кошелевка : «Предок фамилии этой сотенный возный Иван Аландаренко владел с 1767 г. приобретенным им от полковника Тарновиота населенным крестьянами имением в селе Малой-Кошелевке, Нежинского уезда, которое перешло потом к сыну его корнету Ивану Арандаренко и потомкам сего последнего. Почему род Арандаренко Герольдией и признан в дворянстве со внесением в 1-ю часть родословной книги» . К 1783 г. население села Малая Кошелевка составляло 222 мужчин и 248 женщин, итого 470 душ обоего пола. В селе была деревянная Успенская церковь. По меркам XVIII века село считалось очень крупным. Многочисленные последующие приобретения собственности в Черниговской и Полтавской губерниях, Киеве, крупных городах Центральной России, явились логическим продолжением укрепления рода Арандаренко.

У сотенного возного Ивана Михайловича Аландаренко в браке с Евдокией Васильевной Аландаренко (1737 — 29 декабря 1787) родилось 2 сына – Стефан (1759 г.р.), Иван (1762 г.р.) и дочь Матрона (1771 г.р.). Сотенный хорунжий Стефан Аландаренко был женат на Гликерии Ивановне. Согласно метрическим книгам с. Малая Кошелевка Нежинского уезда Черниговской губернии: «19 декабря 1782 г. Стефан, Ивана Михайлова сына Аландаренка казака малокошелевского жителя сын в покаянии преставился и по христианской должности погребен лет от роду 23». Брак Стефана был бездетным. После смерти хорунжего Стефана Аландаренко в 1782 г. его брат сотенный атаман Иван Аландаренко стал единственным наследником родового села Малая Кошелевка и всей собственности дворянского рода Аландаренко .
Корнет Иван Аландаренко служил в жандармерии, обеспечивая общественный порядок и безопасность города Нежин. В формулярном списке Ивана Арандаренко имеется грамота, данная Божией милостью Екатериной II, Императрицей и Самодержицей Всероссийской, сыну Ивана Михайловича, Ивану Ивановичу Арандаренко, в том, что он, «будучи Сотенным Атаманом, за ревность и прилежность в службе 27.11.1787 г. пожалован корнетом, в чем его должны надлежащим образом признавать и почитать» . В 1791 г. он приобрел у Секунд-Майора Прокофия Ивановича Адасовского недвижимое имение в местечке Веркиевка Веркиевськой волости Нежинского уезда Черниговской губернии. Этой же купчей им были приобретены «люди, мужеска пола 2, а женска 3 души», и селитебная земля, предназначенная для строительства жилых и общественных зданий в пределах местечка Веркиевка . Во время Наполеоновских войн, исполняя манифест Александр I о созыве Земского войска (милиции) силами местных органов дворянского самоуправления, корнет Иван Арандаренко участвовал в народном ополчении, неся службу в передвижной милиции Земского войска , и был пожалован золотым орденом св. Владимира 4-й ст. .
Сотенный атаман и корнет Иван Иванович Аландаренко был женат дважды:
• от первого брака с Ульяной Афанасьевной Аландаренко (1763 — 05 ноября 1797; дев. Шимко) родилось 2 сына и 4 дочери: Анна (зам. Кнатень); Марфа; София (умерла в возрасте 2 лет); Иосиф (умер в возрасте 2 лет); Евдокия (умерла в возрасте 1 года); сын Иван (1876 г.р.) – жандармский подполковник. Награжден Орденом Св. Анны 3 ст. с бантом (за участие в сражениях по подавлению Польского мятежа 1831 г.), Св. Владимира 4 ст., Св. Станислава 2 ст., Польским знаком Отличия за Военное достоинство 4 ст. (за прекращение мятежа в Царстве Польском и восстановления порядка). Определён по предписанию Господина Министра Государственных Имуществ Малыжским Окружном Начальником Вятской губернии. Женат не был.
• от второго брака c Анной Федоровной Аландаренко (1768 – после 1825) родилось 5 сыновей: Николай, Иван, Дмитрий, Спиридон и Алексей. Эти сыновья от второго брака достигли высокого положения в обществе, имели полковничьи и генеральские чины и многочисленное потомство.

В течение 9 лет восприемником всех пяти сыновей корнета Ивана Арандаренко был житель г. Нежин, греческий купец Иван Анастасьевич Клеца , что позволяет предположить, что вторая жена Ивана Арандаренко была в родстве с родом Клеца. Это была известная и влиятельная греческая семья, в родстве с которой находились и другие дворянские семьи Нежина. Например, войсковой товарищ Величко Иван Андреевич, был женат на Агафье Ивановне, дочери Ивана Анастасьевича Клеца . В Черниговских архивах отложилась Дворянская грамота рода Арандаренко , и «Книга на записку денег, взносимых от дворян в 1813-1818 г.», в которой содержится свидетельство корнета Ивана Арандаренко о дворянстве сыновей его, Николая, Ивана, Дмитрия, Спиридона и Алексея .
Служба потомков казачьей старшины в Черниговской губернии в полицейских чинах не являлась чем-то необычным. В полиции служила большая часть старинных казачьих родов. Так, первый нежинский земский исправник П.Я. Жураковский приходился родным братом последнему Нежинскому полковнику И.Я. Жураковскому и тестем своему преемнику на посту земского исправника М.Я. Почеци. Когда последний стал нежинским городничим, его брат Иван Яковлевич занимал должность Нежинского уездного судьи. Дважды избирались нежинскими земскими исправниками представители семьи, из которой происходил первый уездный предводитель дворянства — Шаула Иван Карпович и Шаула Иван Иванович. Сын нежинского земского исправника Ивана Ивановича Тарасевича, Адриан Иванович, начинает службе «у дел городничего». Двоюродный брат И.И. Тарасевича, ротмистр Федор Васильевич Тарасевич будущий тесть Земского Исправника Алексея Ивановича Арандаренко, служил пятисотенным начальником и батальонным командиром в подвижном отряде земского войска Нежинского повета, возглавляемого сотенным атаманом и корнетом Иваном Ивановичем Арандаренко. Ф.В.Тарасевич был Заседателем в Нежинском нижнем земском суде и исполняющим должность стряпчего, и там же, в Нежинском уездном Суде Заседателей, по выбору Нежинского Дворянства служил сын главы Нежинской конной полиции, корнета Ивана Ивановича Арандаренко, Алексей Иванович Арандаренко, муж Марии Федоровны Тарасевич. Отец земского исправника А.Я. Володковського, Яков Андреевич, был заседателем нежинского нижнего земского суда. Представители семьи Волховских одновременно занимали должности городничего (Михаил Степанович) и земского исправника (Григорий Иванович). Братья нежинского земского комиссара Д.А. Тризны занимали должности Иван Андреевич — черниговского совестливого судьи, Федор Андреевич — черниговского исправника и черниговского уездного судьи. Должность нежинского земского комиссара (исправника) занимали К.И. Мозгалевський и два его зятя А.Я. Володковський и И.К. Гржимайло. Предпоследний за дореформенный период земский исправник Алексей Иванович Арандаренко приходился родным братом Управляющего Полтавской палаты государственного имущества тайному советнику Николаю Ивановичу Арандаренко.
Отдельным, привилегированным местом службы считался Отдельный Корпуса жандармов Российской империи. 28 апреля 1827 г. император Николай I подписал указ «Об учреждении пяти Округов Жандармского Корпуса», призванный обеспечивать государственную безопасность России. Было основано III отделение собственной его императорского величества канцелярии — управляющий орган по отношению к Корпусу жандармов. Попасть в число кандидатов на замещение вакансий в Отдельном Корпусе жандармов можно было только по рекомендации. Претендент должен был быть не моложе 25 лет, окончить юнкерское или военное училище по первому разряду, прослужить в армии или гвардии не менее шести лет и не иметь долгов. После того как офицер подавал соответствующее прошение, его тщательно проверяли на предмет возможных «порочащих связей» и неблагонадежности. Затем, если все было благополучно, претендента откомандировывали в штаб жандармского округа на срок от двух до четырех месяцев, чтобы там могли оценить его умения и способности, уровень образования и нравственные качества. И только после того, как по итогам этой стажировки офицер получал положительный отзыв, его допускали к экзамену. Проводились эти экзамены при штабе Корпуса жандармов, и, если претендент успешно их выдерживал, его зачисляли в список кандидатов. При образовавшейся вакансии кандидата зачисляли в штат жандармского управления. Характерно, что все шесть сыновей корнета Ивана Арандаренко выбрали военную, полицейскую и жандармскую службу.

Часть 5. Наиболее значимые линии рода Арандаренко

Общественному возвышению шляхетско-казацкого дворянского рода Арандаренко значительно способствовала череда удачных браков, в том числе и с представительницами знатнейших семей остзейского дворянства. Благодаря победе в Северной войне и последующим войнам, Российская империя присоединила бывшую Ливонскую Конфедерацию, часть Королевства Швеции и Речи Посполитой, Курляндию и Семигалию. За 200 лет истории, от эпохи Петра I до революции 1917 года, в дворянские семьи Российской империи стала вливаться «новая кровь» — потомки дворянских родов, насчитывающие многие столетия европейской истории. Их потомки в генеалогическом древе имели уже не только пласт русской истории, но и историю европейских дворян. Культура и традиции европейских семей соединялись с русской, давая ярких и талантливых представителей.
Наиболее важным в европейском направлении генеалогии рода Арандаренко, является родство с остзейскими баронскими фамилиями в XIX веке:
• фон Штейн – в результате брака Н.И. Арандаренко (1799-1865) с Barbara von Stein, дочерью прусского дворянина Johann von Stein;
• фон Риман — в результате брака З.Н. Арандаренко с Александром Августовичем фон Риман, сыном вице-адмирала Российского флота А.Е. фон Риман;
• фон Мебес — в результате брака Н.И. Арандаренко (1858-1922) с Филиппиной фон Мебес;
• фон Ренненкампф — в результате брака А.С. Арандаренко (1848-1922) с Марией Карловной фон Ренненкампф (сестрой генерал-лейтенанта Павла Карловича фон Ренненкампфа);
• фон Таубе — в результате брака Елены Ивановны Арандаренко с Александром Ивановичем фон Таубе.

Герб баронов фон Таубе

Герб баронов фон Таубе

Герб баронов фон Таубе

Пять ветвей рода Арандаренко произошли от пяти сыновей корнета Ивана Арандаренко от его второго брака:
Арандаренко Николай Иванович (1798 г.р.) – выпускник Пажеского корпуса, генерал-лейтенант, тайный советник, член Совета Министров внутренних дел, Управляющий Полтавской и Курской Палатами государственных имуществ, губернатор Архангельской губернии, историк, этнограф, поэт и писатель . По версии Канадского института украинских исследований (Эдмонтон, Канада), он входит в перечень наиболее известных украинцев в России в XIX в. Женат на Варваре Ивановне фон Штейн, дочери Прусского дворянина Johann von Stein, владельца Харьковского театра, антрепренера и одного из основоположников провинциального балета . Сестра Варвары Ивановны Арандаренко, Лидия Ивановна фон Штейн, вышла замуж за Петра Александровича Свечина, представителя старинного русского графского рода Свечиных – сына генерал-лейтенанта А.С. Свечина, героя русско-шведской войны 1788—1789 гг.

Герб графского рода Свечиных

Герб графского рода Свечиных

Герб графского рода Свечиных

Одна из их дочерей, Варвара, названная так в честь своей тети, в замужестве — графиня Муравьева. Бабушка ее мужа – Анна Изотовна Пушкина, двоюродная тетя А.С. Пушкина. Дедушка ее мужа – Матвей Михайлович Муравьев, русский контр-адмирал. Он приходился троюродным братом декабристам Сергею, Матвею и Ипполиту Муравьевым-Апостолам. Их предок — гетман Запорожского казачества — Данило Апостол.
Родной брат Варвары Ивановны Арандаренко (фон Штейн), прусский дворянин Friedrich Wilhelm von Stein был женат на Adelheid Ferdinande Sandes von Hoffmann, дочери Leopold Sandes von Hoffmann и Ferdinande von Ascheberg. Большая часть представителей этих семей служили в Шведской армии, в фельдмаршальских званиях, а на гражданской службе были послами, дипломатами и губернаторами городов и провинций Королевства Швеции. Родоначальники дворянской фамилии Ашеберг около 800 лет назад поселились в Вестфалии, основав местечко Ашеберг. В Гольштинии они основали рыцарское поместье Ашеберг. Барон Стефан фон Ашеберг, ушел с рыцарями в Ливонию, став родоначальником прибалтийской ветви этого дворянского рода. За несколько сотен лет род Ашеберг породнился с большинством аристократических семей остзейских немцев, и с европейскими дворянскими семьями.

Герб баронов фон Ашеберг

Герб баронов фон Ашеберг

Герб баронов фон Ашеберг

Остзейская ветвь фон Ашеберг в родстве с баронами фон Вильдеманн, и через них – с герцогом Эрнстом Иоганом фон Бирон. Другим ответвлением является род Бисмарк, включающий Канцлера германии, генерал-фельдмаршала Отто фон Бисмарка. В XX веке по линии фон Ашеберг известными представителями были генерал-фельдмаршал Moritz Albrecht Franz Friedrich Fedor von Bock и барон Heinrich Manfred Ahasverus Adolf George von Lehndorff-Steinort.
У Николая Ивановича и Варвары Ивановны.Арандаренко было две дочери, Софья и Зинаида, и сын Иван. Крестный сын Николая Ивановича – потомок польского шляхетского рода, Павел Платонович Чубинский, украинский этнограф, историк, географ, полярный исследователь Русского Севера; автор стихотворения «Ще не вмерла Україна», с 1992 года ставшего государственным гимном Украины.
Женившись на Вере Петровне Коломниной, Иван Николаевич Арандаренко породнился со старинным московским боярским и столбовым дворянским родом Коломниных, известных с XVI века (служили опричниками Ивана Грозного, воеводами в Брянске, а в XIX веке – генерал-майорами Русской Императорской Армии), и внесенных в 6 часть Родословной книги Дворянского Депутатского собрания Орловской и Тамбовской губерний. По линии свойства, род Коломниных уходит корнями к Андрею Кобыла (московскому боярину времён Ивана Калиты, XIII-XIV век).

Герб рода Коломниных

Герб рода Коломниных

Герб рода Коломниных

Родителями В.П.Коломниной (Арандаренко) были Петр Афанасьевич Коломнин, управляющий Архангельским и Ростовским отделениями Госбанка Российской империи, и Елизавета Даниловна Бабкина, дочь гоф-штаб-квартирмейстера Данилы Григорьевича Бабкина (1771-1858). Николай Иванович Арандаренко, поддерживал с Даниилом Григорьевичем Бабкиным, его женой и детьми самые тёплые отношения еще со времен обучения в Пажеском корпусе и службе в Санкт-Петербурге.
У Ивана Николаевича и Веры Петровны было 2 сына и 3 дочери. Один из этих сыновей, Николай Иванович Арандаренко (1858-1922), генерал-майор, более 30 лет прослужил в Отдельном корпусе пограничной стражи. В 1885 г. он женился на баронессе Филиппине фон Мебес (1861 г.р.), дочери полковника Эвальда Карловича фон Мебес и Эмилии Леонтьевны Маевской.

Герб рода фон Мебес

Герб рода фон Мебес

Герб рода фон Мебес

Полковник Н.И.Арандаренко и баронесса Филиппина фон Мебес, г. Мемель, 1913 год

Полковник Н.И.Арандаренко и баронесса Филиппина фон Мебес, г. Мемель, 1913 год

Полковник Н.И.Арандаренко и баронесса Филиппина фон Мебес, г. Мемель, 1913 год

Род фон Мебес – средневековый немецкий род, ведущий свою историю в Российской империи от доктора медицины, выпускника Белинского университета, Карла Юлиуса Якоба фон Мебес (1789-1861). Переехав в 1804 г. в Ригу, он женился на Шарлотте Каролине Вильгельмине фон дер Остен-Сакен, по отцовской линии представительнице знатного и старинного остзейского рода, находящегося в кровном родстве с большинством старинных остзейских семей, ведущих свою историю от Тевтонского рыцарства – фон Мирбах, фон Крофф, фон Бломберг, фон Медем, фон Шлиппенбах, фон Денгофф и др.

Герб рода фон дер Остен-Сакен

Герб рода фон дер Остен-Сакен

Герб рода фон дер Остен-Сакен

По материнской линии Шарлотта фон дер Остен-Сакен – прямой потомок знатного прусского рода фон Люттихау: ее мамой была Каролина фон Люттихау, из рыцарского немецкого рода фон Люттихау, ведущего свою родословную с начала XIV века.
Мама Карла Юлиуса Якоба фон Мебес — Филиппина Маргарета Августа Юлиана Берндес (28 марта 1769, Лобург (Пруссия) — 16 февраля 1830 , Берлин), дочь мэра города Лобург, служила при дворе принцессы Амалии Марианны фон Гессен-Гомбургской, воспитательницей принцессы Марианны и Принца Вильгельма Прусского, брата короля Фридриха Вильгельма III, и учительницей других княжеских детей. 24 октября 1786 года она вышла замуж за Королевского поверенного Иоганна Вильгельма Мебеса (1758-1800). Дворянский род Берндес широко известен в Пруссии, где различные его представители были известными богословами, крупными чиновниками, бургомистрами, мэрами и членами магистрата различных городов Саксонии-Анхальт, занимали высокие придворные должности. Представители рода Берндес занимали значительные должности при дворах различных Европейских государств. Так, Йохан Якобссон Берндес был призван в Швецию в 1549 году со службы при дворе немецкого императора, чтобы он стал учителем сыновей короля Густава Васы. Сын Иохана — Иоахим и его сыновья Юхан и Фабиан были придворными в Шведском королевстве. Сестра Карла Юлиуса Якоба фон Мебес, Филиппина фон Мебес, служила при дворе Марии Анны Амалии, Ландграфини Гессен-Гомбургской, Принцессы Прусской, в качестве воспитателя ее детей.
Одним из наиболее известных представителей рода фон Мебес в Российской империи был барон Григорий Оттонович фон Мебес, преподаватель математики, физики и французского языка Императорской Николаевской Царскосельской гимназии, Реального училища и Царскосельской Женской гимназии, масон, глава ордена Мартинистов в России, оккультист, теософ и таролог. Род Мебес находился в близком родстве с родом Берс, представительница которого, Софья Андреевна Берс — жена Л.Н. Толстого; ее неполнородная сестра – Варвара Петровна Тургенева, неполнородная сестра И.С. Тургенева;

Сестры фон Мебес, дочери Эвальда Карловича фон Мебес, Киев, 1914 г.

Сестры фон Мебес, дочери Эвальда Карловича фон Мебес, Киев, 1914 г.

Сестры фон Мебес, дочери Эвальда Карловича фон Мебес, Киев, 1914 г.

Софья Николаевна Арандаренко вышла замуж за Михаила Акимовича Горбова. В этом браке было 6 детей (внучки и внуки Н.И.Арандаренко), в том числе их дочь, Надежда (в замужестве Михельсон, жена Л.А. Михельсона, фабриканта-миллионера, владельца Московского электромеханического завода Михельсона, на котором 30.08.1918 произошло неудачное покушение на В.И.Ленина, и Судженских каменноугольных копей); сын Михаил, директор Невского литейного и механического завода; сын Николай, педагог и писатель. Во время революции большая часть потомков С.Н.Арандаренко (Горбовой), эмигрировали во Францию. Прапраправнучка Н.И.Арандаренко, Марина Михайловна Горбова вышла замуж за князя Бориса Владимировича Голицина, и их дети, княжна Марина и княжна Елена Голицины (прапрапраправнучки Н.И.Арандаренко) в настоящее время живут во Франции.
Зинаида Николаевна Арандаренко в первом браке была замужем за морским офицером А.А. фон Риман (сыном вице-адмирала Российского императорского флота Августа Евстафьевича Риман (1804—1866)), во втором – за князем Петром Петровичем Максутовым. Она была приемной мамой пяти детям князя П.П.Максутова и его первой жены, Татьяны Дмитриевны Раевской. Эти дети, которым З.Н.Арандаренко подарила свою материнскую любовь, были внучатыми племянниками героя Отечественной войны 1812 года, генерал от кавалерии Николая Николаевича Раевского.

Зинаида Николаевна Максутова (Арандаренко) с князем Дмитрием Петровичем Максутовым и княгиней Анастасией Петровной Максутовой, 1885 год

http://genealogia.ru/gene/wp-content/uploads/2022/04/maksutov-1885.jpg

Зинаида Николаевна Максутова (Арандаренко) с князем Дмитрием Петровичем Максутовым и княгиней Анастасией Петровной Максутовой, 1885 год

Арандаренко Иван Иванович (1800 г.р.) — жандармский полковник, георгиевский кавалер (по наградным спискам № 8720 от 26 ноября 1851) , управляющий Задунайскими переселенцами-болгарами , занимал данный пост в период с 1846 по 1858 г. С 1858 по 1872 г. – Аккерманский уездный начальник, глава полиции Аккерманского уезда (Бессарабская губерния). Руководил процессом расформирования Дунайского (Новороссийского) казачьего войска. Георгиевский кавалер (по наградным спискам № 8720 от 26 ноября 1851). Уйдя в 72 года в отставку, полковник И.И.Арандаренко производил надзор над отделом образования, будучи в 73 года членом Аккерманского уездного училищного совета Бессарабской губернии. Родоначальник бессарабской ветви дворян Арандаренко.
Арандаренко Дмитрий Иванович (1801 г.р.) – жандармский полковник, георгиевский кавалер (по наградным спискам № 7623 от 01 января 1847).
Арандаренко Спиридон Иванович (1803 г.р.) — жандармский подполковник. Был женат на Черниговской дворянке, Антонине Ивановне Сериковой-Антонович.
Его сын – Антон Спиридонович Арандаренко (1848 г.р.) был членом правления Губернского Земского Собрания, меценат, благотворитель, попечитель народных училищ Черниговской губернии. Был женат на баронессе Марии Карловне фон Ренненкампф, дочери остзейского немца Карла Вильгельма Франца фон Ренненкампфа (1802-1868) и Пульхерии Васильевны Полторацкой (внучатой племянницы Марка Фёдоровича Полторацкого (1729—1795), который в правление Екатерины II заведовал Придворной певческой капеллой).

Герб рода фон Ренненкампф

Герб рода фон Ренненкампф

Герб рода фон Ренненкампф

Отставной артиллерийский поручик Карл Вильгельм Франц фон Ренненкампф переселился из Эстляндии в Черниговскую губернию вместе с его первой женой, Марией Александровной Лисенко, внучкой надворного советника Александра Павловича Лысенко, помещиком села Александровка. Им принадлежало более тысячи десятин земли в Черниговской губернии, в том числе село Александровка и село Верхолесье Синявской волости Сосницкого уезда Черниговской губернии, и многие другие Черниговские села.
Арандаренко Алексей Иванович (1807 г.р.) – жандармский полковник, начальник специального следственного отдела жандармерии по обеспечению государственной безопасности Российской империи; вступил в службу Земским Исправником в 24 года (в 1831 г.). Нежинский Уездный Земский Исправник (главой полиции) Черниговской губернии, 1847 г. – подполковник Отдельного корпуса жандармов. В 1847 году за безупречную службу получил орден Станислава 3-й степени и награжден знаком 15 лет непрерывной беспорочной службы. С 1855 г. – полковник, жандармского корпуса, начальник специального следственного отдела жандармерии по обеспечению государственной безопасности Российской империи. Осуществлял политический сыск за неблагонадежными гражданами. Участник раскрытия и ареста участников «Заговора Конарского» ; осуществлял полицейский надзор за неблагонадежными выпускниками Киевского университета. В 1847 году за безупречную службу получил орден св. Станислава 3-й степени и награжден знаком 15 лет непрерывной беспорочной службы. Его жена – Мария Федоровна Тарасевич (1807–1896), представительница казачьего старшинского рода Тарасевичей, ведущей свою родословную от гетмана Тараса Трясило, приданным которой было 700 десятин земли в Черниговской губернии. Ее предки также занимали старшинские должности сотенного уровня Нежинской первой полковой сотни, и после расформирования Запорожского казачьего войска служили в Земском суде и полиции Черниговской губернии. Это венчание положило основу сближения Запорожского казачьего рода Тарасевич (ведущей свою родословную от гетмана Тараса Трясило) и рода Арандаренко, и тем самым объединению этих родов.
Судьба гетманских родов Тарасевич и Арандаренко причудливо переплелась еще за 200 лет до венчания Алексея Ивановича Арандаренко и Марии Федоровны Тарасевич. Представители старшинского казацкого рода Тарасевич утверждает, что их не верифицированным предком является Тарас Федорович. По одной из версий, после поражения восстания Тараса Федоровича в 1630 г., его родственники и потомки продолжали служить в Запорожском казачьем войске. За храбрость и усердную службу, Польский король Владислав IV потомкам гетмана Тараса Федоровича – казакам Тарасевич в 1647 г. присвоил дворянский титул, жаловал их селами в Черниговском, Подольском, Брацлавском и Волынском воеводствах. Многочисленные представители рода Тарасевич служили в Запорожском казачьем войске в старшинских званиях. Они имели обширные земельные наделы, многочисленные села и недвижимое имущество по всему Запорожью. Часть владений Тарасевичей с начала 1700-х годов оспаривалась или выкупалась. После измены гетмана Мазепы, происходил массовый передел собственности Малороссийской казачьей старшины. Петр I лично передавал огромные земельные угодья своим верным приближенным для ослабления исконных старых казачьих родов Запорожья. За поддержку своей политики в Малороссии, Петр I передавал земли, села, крестьян в собственность монастырей и Киево-Печерской лавры. Например, земли Омбишского монастыря ранее принадлежали роду Тарасевич . Несмотря на это, к началу XIX века род Тарасевичей продолжал владеть огромными земельными наделами, являясь одним из самых состоятельных старшинских казачьих родов Черниговщины.
Верифицированным предком рода Тарасевич на Запорожье был прапрапрапрадед Георгия Алексеевича Арандаренко по материнской линии, Тарас Аврамович Ненада, бурмистр Нежинского магистрата (1681). Его сын, городовой атаман и наказной полковник Нежинской полковой сотни Аввакум Тарасович Тарасевич женился на Екатерине Володкевне, которая «имела коморы в Нежине». Один из их сыновей, Василий Аввакумович, стал родоначальником нового рода по фамилии Володковские. Два других сына, полковой есаул, знатный войсковой товарищ Иосиф Аввакумович и сотник Мринский Федор Аввакумович (прапрапрадед Г.А.Арандаренко), оставили фамилию Тарасевич. Два сына четвертого брата, Марка Аввакумовича Тарасевича, войсковой товарищ Петр Маркович и войсковой товарищ Аким Маркович, изменили свою фамилию с Тарасевичей на Темрянских. По этому поводу Аким Маркович Темрянский дал следующее объяснение: «Что я и умерший брат мой подписывались и именовались Темрянскими, а не Тарасевичамы, то сия отмена последовала причиною приключившейся отцу моему Марку Тарасевичу в глазах темной болезни, которой, будучи в живых, при старости своей глазами не видел, и я потому, будучи в училище з братом умершим Петром в латинских школах, назвали себе Темрянскими».
Таким образом произошло первое разделение потомков Нежинского бурмистра Тараса Аврамовича Ненада и Аввакума Тарасовича Тарасевича первоначально разделились на три ветви рода – Тарасевичей, Володковских и Темрянских. Обширный род Тарасевичей продолжил дробиться. В настоящее время род Тарасевичей может быть разделен по именам родоначальников, казачьих старшин, на следующие основные линии :
• Тарасевичи – Володковские – Темрянские (Нежинский уезд Черниговской губернии), именно эта линия породнилась с родом Арандаренко;
• Тарасевичи – Герасименко (линия от Герасима Тарасевича);
• Тарасевичи – Демидовичи (линия от Демида Тарасевича);
• Тарасевичи – Тарасенко (линия от Тараса Тарасовича Тарасевича);
• Тарасевичи – Адамовичи (линия Адама Ненад);
• Тарасевичи – Орлянские (линия Михаила Тарасевича – сотника Орлянского).

Племянник Федора Аввакумовича Тарасевича, Ефстафий Иосифович Тарасевич служил сотником Нежинской первой полковой сотни (1727-1738) и Нежинским наказным полковником. Он был женат на Марфе Ивановне Сулима, дочери генерального войскового хорунжего и представительнице старейших старшинских казачьих, а затем дворянских родов Сулима и Полуботок.
Прапрадед Г.А.Арандаренко, Андрей Федорович Тарасевич был значковым товарищем Нежинского полка, а прадед Василий Андреевич Тарасевич — значковый товарищ Киевского полка. Его дед, Федор Васильевич Тарасевич (1777 – после1843), с 13 октября 1795 вахмистр Глуховского кирасирского полка, с 16 апреля 1796 кадет, с 6 июля 1797 эстандарт-юнкер, с 28 мая 1799 корнет, с 21 ноября 1799 поручик, с 16 ноября 1802 штабс-ротмистр при отставке. Пятисотенный начальник и батальонный командир в подвижном отряде земского войска Нежинского повета; был в походе в Могилевской губ. (1806-1807); с 1808 ротмистр при отставке. Заседатель в Нежинском нижнем земском суде и стряпчий. На его дочери Марии Федоровне Тарасевич женился Нежинский Уездный Земский Исправник Алексей Иванович Арандаренко. В этом браке было 11 детей, один из которых – будущий генерал-майор Георгий Алексеевич Арандаренко.
Двоюродный брат Марии Федоровны Арандаренко (Тарасевич) – Никандр Адрианович Тарасевич был женат на Марии Васильевне Грязновой (Санкт-Петербург, около 1841 – Ревель, около 1912-1913), дочери Василия Ивановича Грязнова (6 апреля 1805 – 25 января 1843) и Евгении Петровны Ганнибал (около 1814 – 24 апреля 1900). Отец Евгении Петровны Ганнибал воспитывался в Морском кадетском корпусе в Петербурге. В 22 года вышел в отставку, жил в имении матери в Порховском уезде Псковской губернии, где и родилась его младшая дочь Евгения. Она вышла замуж за В.И. Грязнова, окончившего Академию художеств по классу живописи и портретной миниатюры с Карлом и Александром Брюлловыми и Федором Бруни. Их дочь, Мария Васильевна вышла замуж за Н.А. Тарасевича. Овдовев, Евгения Петровна Грязнова (Ганнибал) уехала снова в порховскую деревню. Выйдя вторично замуж, вернулась в Петербург. В 70 лет овдовела вторично. Окончила жизнь при Смольном монастыре на правах призреваемой . Тем самым род Тарасевич породнился со старейшим русским боярским и дворянским родом Грязновых и знаменитым родом Ганнибал, одним из представителей которого был кузен Е.П.Ганнибал, великий русский поэт А.С.Пушкин.
Бракосочетанием Марии Федоровны Тарасевич и Алексея Ивановича Арандаренко род Тарасевич породнился с родом Арандаренко. У Алексея Ивановича Арандаренко было четыре дочери — Александра (р.1831 г.), Варвара (р.1836 г.), Лидия (1848 г.р.), Евпраксия (1853 г.р.) и семь сыновей — Николай (р.1837 г.), Спиридон (р.1839 г.), Афанасий (р.1842 г.), Иван (р.1844 г.), Георгий (р.1846 г.), Федор (1851 г.р.) и Алексей (1855 г.р.). Двое из этих детей стали генерал-майорами Российской империи:
Арандаренко Николай Алексеевич (1837) — генерал-майор жандармерии, Уездный начальник Венгровского жандармского управления Седлецкой губернии (в составе Царства Польского) . Полный кавалер ордена св. Станислава, награжден медалями за труды по устройству крестьян в Царстве Польском и за усмирение польского мятежа 1863-1864 г.
Арандаренко Георгий Алексеевич (1846 – 1908) – армейский генерал-майор, ученый-географ, путешественник-востоковед , писатель, лингвист, этнограф, военный и государственный деятель, военный губернатор и командующий войсками Ферганской области . В 1904 году в С-Петербурге был выпущен альбом «Современная Россия в портретах и биографиях». Он был посвящен наиболее выдающимся российским современникам. Удостоен этой чести был и Георгий Алексеевич.
Многие представители рода Арандаренко были педагогами и благотворителями. В родовом имении села Малая Кошелевка они в начале XIX века основали школу для дворянских и для крестьянских детей, в которой преподавали учителя из Нежина, Чернигова и Киева. Школа просуществовала около 100 лет, до революции 1917 года. Наиболее крупным благотворителем выступал генерал-майор Георгий Алексеевич Арандаренко.

Генерал-майор Георгий Алексеевич Арандаренко

Генерал-майор Георгий Алексеевич Арандаренко

Генерал-майор Георгий Алексеевич Арандаренко

Он был основателем различных благотворительных проектов. В 1906 г. он составил Духовное завещание, передав огромный по тем временам капитал 300 тысяч рублей различным учреждениям, в том Полтавскому институту благородных девиц, Петровскому Полтавскому ка детскому корпусу (100 тысяч рублей) на учреждение стипендии имени Генерал-майора Георгия Алексеевича Арендаренко для детей дворян Черниговкой и Полтавской губернии, предпочтение первым; Мужской гимназии города Нежина, Черниговской губернии (20 тысяч рублей), на учреждение стипендии; Земской Управе Нижинского уезда (6 тысяч рублей) на Земскую больницу для бесплатного лечения простолюдинов села Малая Кошелевка; выделил суммы на церковь в селе Малая Кошелевка, отдельно для служителей церкви, для раздачи бедным семьям этого же села. Отдельные средства выделялись Русскому посольству в Берлине, для построения двух православных храмов – в городе Берлине и городе Бад-Наухайм. Часть средств выделялась Самаркандскому уездному начальнику для раздачи нуждающимся семьям его сослуживцев.

Интересно свойственное родство Арандаренко и некоторых прусских и остзейских семей, таких как княжеский род фон Сайн-Витгенштейн, Шлезингер и многих других. Например, родной брат Елены Николаевны Арандаренко (Харузиной), Алексей Николаевич Харузин был женат на баронессе Наталье Васильевне фон дер Ховен.
Поддерживая семейные связи, род Арандаренко постепенно реинтегрировался в европейское дворянство. Николай Николаевич Арандаренко, сын Филиппины фон Мебес, принадлежал в начале XX века к потомственным дворянам Ковенской губернии (бывшее Великое княжество Литовское), а его дяди, Николай Алексеевич и Алексей Алексеевич Арандаренко – к потомственным дворянам Седлецкой губернии. Ольга Николаевна Арандаренко родилась в 1914 г. в местечке Рачки Сувалкской губернии Царства Польского.

Часть 6. Судьбы отдельных представителей рода Арандаренко после революции 1917 г.

Революция 1917 года поставила кровавую точку в 300-летней истории Российского дворянского рода Арандаренко. Некоторые ее представители, например капитан Михаил Николаевич Арандаренко (1889-1960) сражался с большевиками, будучи командиром артиллерийского стрелкового дивизиона, на бронепоезде «Грозный» участвовал в походе на Москву. Он эмигрировали с армией Врангеля из Крыма. В эмиграции в Югославии был членом Общества офицеров-артиллеристов. Его правнук, Михаил Арандаренко в настоящее время является профессором экономики Белградского университета (Сербия).

Удостоверение личности Михаила Арандаренко, 1925 г.

Удостоверение личности Михаила Арандаренко, 1925 г.

Удостоверение личности Михаила Арандаренко, 1925 г.

Разными путями покидали Россию остатки семей Арандаренко, Арендаревых, Горбовых, Коломниных, Плетнер.
Многие представители рода Арандаренко погибли в начале 1920-х годов:
• Николай Иванович Арандаренко, генерал-майор в отставке, прослуживший 30 лет в Отдельном Корпусе Пограничной Стражи на западной границе Российской империи, прошедший Первую мировую войну от первого дня до последнего. После Революции 1917 г. служил в армии УНР (1919-1920 г.), зам. командира Днестровской пограничный бригады Отдельного пограничный корпуса в Могилеве над Днестром. Умер в 1922 году от сыпного тифа.
• Его дочь Ксения (Ася) Николаевна Арандаренко, воспитанница Киевского Института Благородных Девиц (выпуск 1911 года), с мужем и двумя детьми осталась в России, до 1926 года писала письма брату в Югославию. Ее сын Борис писал стихи, посылал их в Югославию дяде Мише. Потом переписка внезапно прервалась. Она и ее семья просто исчезли. Причины не известны.

Николай Иванович и Ксения Николаевна Арандаренко, г.Киев, 1910 год

Николай Иванович и Ксения Николаевна Арандаренко, г.Киев, 1910 год

Николай Иванович и Ксения Николаевна Арандаренко, г.Киев, 1910 год

• Не пережила 20-е годы и сестра Николая Ивановича, Елена Ивановна Арандаренко. Она была писателем, публицистом и редактором, активным членом Украинофильского движения, женой Д.В.Марковича, генерального прокурора, сенатора и министра юстиции УНР (1918-1920). Елена Ивановна сделала немалый вклад в украинскую этнографию: записала в подробностях и опубликовала свадебные обряды, собрала около 140 украинских обрядовых песен. Была многолетним членом общества «Просвіта», одновременно являясь благотворителем и спонсором этого национального украинского культурно-просветительского движения. В ее некрологе сказано, что «…она сохранила добрые идеалы молодых лет и добрые традиции украинского народа, и ими жила до последнего дня. Было это чистое и благородное сердце, искренняя, сердечная украинская душа, преданная своему народу. Пусть пером будет Елене Ивановне Маркевич родная украинская земля». Ее муж погиб в 1920-ом, а она в конце 1920-х.
• Сын Алексея Ивановича Арандаренко (1855 г.р.), Алексей Алексеевич Арандаренко, как и его отец, был жандармом. После революции 1917 года он жил в Киеве, и служил в МВД УНР (чиновник 3 класса). Погиб в 1920 г.
• Антон Спиридонович Арандаренко, владелец с. Александровка Сосницкого уезда Черниговской губернии, меценат и благотворитель, помещик и богатейший землевладелец Черниговской и Полтавской губерний, не выдержал послереволюционных потрясений и умер в 1922 году.
• Старший сын Антона Спиридоновича Арандаренко и Марии Карловны фон Ренненкампф, уроженец села Александровка Сосницкого уезда Черниговской губернии, Петр Антонович Арандаренко, был доктором медицины, представителем Санкт-Петербургской венно-научной школы Н.П. Симановского. После получения диплома врача служил младшим ординатором военного госпиталя в Самарканде, куда получил направление по ходатайству своего дяди, губернатора Ферганской области Г.А.Арандаренко. Через три года вернулся в Петроград и защитил диссертацию в Военно-Медицинской Академии в Петербурге. Работал в военном клиническом госпитале в Кронштадте, проводил учебную работу и научные исследования, имел свою научную школу. После революции 1917 года «доктор Аранаренко по декрету военного санитарного ведомства от 1 Июня 1917 г назначен ассистентом Клинического военного госпиталя Рабоче-Крестьянской Социалистической Армии». Легально покинуть большевистскую Россию не успел. Поэтому в 1918 году обратился с заявлением на выдачу заграничного паспорта для выезда в Одессу на срок 1 месяц, в отпуск по болезни для лечения грязями на Кульницком Лимане по постановлению госпитальной комиссии сроком на 28 дней. В ноябре 1918 года он выехал из Советской России на родину в Украину. Приехав в Киев, он получил назначение начальником Лор-отделения Военного клинического госпиталя г. Киева. Помимо опыта врачебной деятельности этому способствовало и то, что его двоюродная сестра, Елена Николаевна Арандаренко (баронесса фон Таубе), вторым браком была замужем за Дмитрием Васильевичем Марковичем. После захвата большевиками Украины и уничтожения УНР, его арестовали, и как гражданина России, невозвращенца, работавшего в УНР, в 1920 году расстреляли.

Некоторые члены рода Арандаренко остались в Советской России для борьбы с режимом большевиков. Владимир Иванович Арандаренко, директор горного департамента, заместитель министра торговли и промышленности Российской империи, фабрикант и миллионер, после революции работал в ВСНХ РСФСР и одновременно состоял в Московском антибольшевистском подполье – членом Всероссийского национального центра (ВНЦ).

Арандаренко Владимир Иванович, студент 1-го курса физико-математического факультета Императорского Московского Университета, г.Москва, 1889 г.

Арандаренко Владимир Иванович, студент 1-го курса физико-математического факультета Императорского Московского Университета, г.Москва, 1889 г.

Арандаренко Владимир Иванович, студент 1-го курса физико-математического факультета Императорского Московского Университета, г.Москва, 1889 г.

18.09.1919 г. было арестовано около 700 членов ВНЦ, и уже 23.09.1919 г. расстреляны первые 67 руководителей и активных членов, большинство из которых — были друзья детства и юности В.И.Арандаренко, в том числе братья Астровы. Среди расстрелянных были супруги, педагоги А.С. и А.Д. Алфёровы – близкие друзья семьи Арандаренко. Александра Самсоновна Алфёрова была основательницей частной гимназии для девочек в Москве и помощницей председательницы Общества Воспитательниц и Учительниц. Ее коллегой и подругой была Зинаида Ивановна Арандаренко, сестра Владимира Ивановича и Николая Ивановича Арандаренко. Более 30 лет Зинаида Ивановна была преподавателем, сотрудником, помощницей председателя, членом управляющего комитета и одной из благотворительниц, финансировавших деятельность Общества Воспитательниц и Учительниц (Москва, Арбат, дом Тишенинова), состоявшего под августейшим покровительством Ее Императорского Величества Государыни Марии Федоровны. После ареста в сентябре 1919 г. педагогов, причастных к деятельности Московского отделения ВНЦ, сведения о судьбе арестованной Зинаиды Ивановны Арандаренко не обнаружены. В.И.Арандаренко раскрыт не был и продолжил борьбу. Он погиб в 1923 году, его жена, Е.Н.Арандаренко (Харузина) – в 1924.
Большая часть оставшихся в СССР членов дворянской семьи Арандаренко и родственников, подвергалась арестам и репрессиям с конца 20-х по конец 30-х годов.
Мария Ивановна Арандаренко (Плетнер) тщетно пыталась добиться освобождения своего мужа, Валентина Ивановича Плетнера и их 16-летнего сына Алексея, арестованных в феврале 1921 года как «участников контрреволюционной организации». Из семьи Плетнер остался в живых О.В. Плетнер, атташе Российского посольства в Токио (с сентября 1917 г.). В 1922 г. Плетнер уехал из Японии. Находился в Великобритании, Франции и Германии. В 1923 г. вернулся в Японии и начал преподавать русский язык и общую лингвистику в университетах Осака, Киото, Кобе. Умер и похоронен в Японии в 1970-м.
Не пережили 30-е годы остатки семьи этнографов Харузиных. Родной брат Елены Николаевны Арандаренко (жены Владимира Ивановича Арандаренко), действительный тайный советник, Бессарабский губернатор, гофмейстер императорского двора, товарищ министра внутренних дел Алексей Николаевич Харузин первый раз был арестован ГПУ в 1927 году.

Гофмейстер императорского двора Алексей Николаевич Харузин

Гофмейстер императорского двора Алексей Николаевич Харузин

Гофмейстер императорского двора Алексей Николаевич Харузин

21 февраля 1931 года вторично арестован вместе с сыном Всеволодом по обвинению в антисоветской агитации. 03 апреля 1932 года постановлением Особого совещания при коллегии ОГПУ осуждён по статье 58-10 УК РСФСР к высылке на 3 года. Умер 8 мая 1932 года от сердечной недостаточности, в больнице при Бутырском изоляторе. Всеволод Харузин, защищавший своего отца на суде, сказал, что он гордится им, что все обвинения против отца сфабрикованы. Он был осужден 5 мая 1932 г. на три года, трудился на стройке Беломорско-Балтийского канала. После освобождения он возвращается в Москву. В 1935 году Всеволод был вторично арестован, как «закоренелый контрреволюционер» приговорен к расстрелу, замененному 10 годами заключения в лагерях. Осенью 1937-го жену Алексея Николаевича Харузина, Наталью Васильевну Харузину (урожденную баронессу фон дер Ховен) как жену и мать «врагов народа» выслали из Москвы в Малоярославец (там она и скончалась в 1943 году). Этой же осенью 1937 года 30-летний Всеволод Алексеевич Харузин (последний представитель семьи ученых-этнографов Харузиных) был расстрелян. Но вплоть до 1939 г. Н.В.Харузина получала в ответ на свои многократные запросы извещение, что ее сын выслан без права переписки. Семья этнографов Харузиных, блиставшая в России до 1917 года, перестала существовать.
Некоторые представители рода Арандаренко жили и трудились в СССР. Представитель «Бессарабской» ветви рода Арандаренко, выпускник юридического факультета ИМУ (1914 г.), педагог, адвокат, писатель, автор более 10 книг о истории Российской империи и автор путеводителей, Валентин Владимирович Арандаренко (1886-1931). Потомственный дворян г. Аккермана Бессарабской обл., единственный сын чиновника уездных управлений в Люблинской губ. Царства Польского Владимира Ивановича А. (1859–1904) и жены его Ирины Анастасьевны (урожденной Ягмуровой), Валентин получил воспитание в Одесской 2-й гимназии, в 1909 окончил историко-филологический ф-т Новороссийского университета с дипломом 1-й степ., с сент. 1909 по март 1910 состоял студентом ИМТУ, затем поступил в Московский ун-т на юридичесий ф-т, который и окончил в 1914 г. и поступил учителем истории и географии в мужскую прогимназию А.Н. Попова . Он был женат на Александре Николаевне Зайцевой, пианистке, соученице С.В.Рахманинова по Московской консерватории, вдове надворного советника П.К.Маляревского (1836-1896), управляющего имения Тургенево Тульской губернии, принадлежавшего писателю И.С. Тургеневу. После смерти И.С. Тургенева, П.К.Маляревский унаследовал село Тургенево, а с ним и Бежин луг, ставший знаменитым благодаря одноименному рассказу. В 1916-17 преподавал в частном реальном училище Ф.Д. Дмитриева и 2-м городском реальном училище, состоял юрисконсультом городского попечительства о бедных Арбатской части (жил с женой в д. 9 по Б.Чернышевскому пер.). После октября 1917 вместе с женой из Москвы уехал. Возвратившись в 1924, поступил в Московскую губернскую коллегию защитников (МКЗ). В 1926 г. у Валентина и Александры Арандаренко родился сын Вадим. Они жили по адресу: Московская обл., г. Москва, Большой Гнездниковский переулок, д. 10, кв. 828 — в первом московском 10-этажном доходном доме архитектора Нирнзее, т.н. «тучерезе» или «хмарочосе»). Одновременно был юрисконсультом в Московском губотделе швейников. Значится членом МКЗ в Юридическом календаре на 1930 г. (издавался Наркомюстом) адрес тот же. В начале 1930-х в МКЗ прошли первые аресты адвокатов по «Делу о контрреволюционной террористической организации в Московской коллегии защитников». В Москве были расстреляны либо погибли в заключении до приговора около 200 адвокатов, примерно столько же были отправлены в ссылку, лагеря и другие места лишения свободы. В.В. Арандаренко был арестован в 1931 г., дальнейшая судьба не известна.

Арандаренко Валентин Владимирович, г.Москва, 1909 г.

Арандаренко Валентин Владимирович, г.Москва, 1909 г.

Арандаренко Валентин Владимирович, г.Москва, 1909 г.

Внук Н.И. Арандаренко (1798 г.р.), Федор Алексеевич Арандаренко (1855 г.р.) по окончании Киевского Университета преподавал в гимназии г. Дубно (Западная Украина). После революции 1917 служил в министерстве народного просвещения УНР. После уничтожения УНР и подписания Рижского договора территория Дубенщины вошла в состав Польской Республики. Поляки запретили украинский язык в государственных учреждениях и школах. Преподаватели увольнялись, национальные школы были закрыты. Ф.А.Арандаренко был выслан из Дубно. В селе Мокрое Дубенского района он основал украинский церковный хор и ячейку «Просвита» (Просвещение), в которой учил украинскому языку, культуре и национальной истории. Преподавал в сельской школе. Польские власти его уволили. Селяне собрали для него деньги, и он продолжил подпольную учительскую работу. Его ячейка «Просвиты» была центром борьбы за возрождение национальной культуры и Украинской государственности на Дубенщине. Был арестован польской администрацией за антигосударственную деятельность. В тюрьме заразился туберкулезом, и освобожден по состоянию здоровья. Умер в 1923 г. Последнее слово над его могилой произнес украинский композитор С.А.Козицький, депутат Польского сейма от Блока национальных меньшинств. Американская газета «Свобода» в 1923 году в №207, на первой странице поместила его некролог. В нем говорилось, что борец за народные идеалы и патриот Федор Арандаренко отстаивал право украинцев жить, молиться и говорить, как учили предки. Судьба его жены и двух детей неизвестна.
Потомственный дворянин Николай Николаевич Арандаренко не служил в Белой армии, не состоял в антиправительственных организациях. Он был начальником таможни в г. Кушка, самой южной части Туркменской ССР. В 1937 году был арестован за принадлежность к «эксплуататорскому классу», и умер от пеллагры 31.07.1942 г. в УзССР, УИТЛК НКВД, ИТК №3 (с.Ялангач).

Справка о смерти Н.Н.Арандаренко

Справка о смерти Н.Н.Арандаренко

Справка о смерти Н.Н.Арандаренко

Один из немногих оставшихся в живых представителей рода Арандаренко – младший сын Антона Спиридоновича Арандаренко, Владимир Антонович Арандаренко, юнкер Киевского военного училища. Приказом временного военного правительства, от 01 августа 1917 года ему был присвоен воинский чин прапорщика, с зачислением по армейской пехоте. После революции 1917 г. несмотря на то, что его отец умер, старший брат был расстрелян, а имение в с. Александровка было конфисковано, он не сражался против большевиков и не эмигрировал из СССР. По воспоминаниям жителей с. Александровка, еще до революции, у них в районе первый мотоцикл и первый автомобиль появились у сына помещика с. Александровка – Владимира Антоновича Арандаренко. Любовь к технике он сохранил на долгие годы. После революции он переехал в с. Охримовка Акимовского района Запорожской области, работал старшим механиком Охримовской МТС. Арестован 22 октября 1937 г., обвинение: проводил систематическую контрреволюционную вредительскую работу. «Тройкой» УНКВД по Днепропетровской обл. 3 декабря 1937 г. приговорен к 8 годам лишения свободы. После освобождения из заключения в 1945 г., проживал в г. Березняки Пермской обл. Реабилитирован в 1989 г.
Его троюродный брат, Петр Алексеевич Арандаренко (1898-1947), избежал репрессий 1930-х годов. До 1939 г. работал военврачом в военном госпитале в г. Киеве (сейчас — Главный военный клинический госпиталь Министерства обороны Украины), в том же госпитале, в котором во время УНР в 1918-1920 г. начальником ЛОР-отделения был его родной дядя, доктор медицинских наук Петр Антонович Арандаренко. В сентябре 1939 году был призван в РККА и направлен военврачом на Маньчжурский фронт: «За время работы начальником терапевтического госпиталя 41 тов. Арандаренко показал себя хорошим способным организатором, результатом чего его госпиталь четко выполняет свою боевую задачу в любых условиях <…> За время боевых действий в Манчжурии терапевтический госпиталь 41 следом за войсками прибыл в указанное своей дислокации раньше медико-санитарных батальонов и других госпиталей первой линии. Госпиталь 41 был развернут в течение полутора суток, одновременно с развертыванием стал производить прием больных воинов Красной Армии. Тов. Арандаренко работал круглые сутки, увлекая своим примером весь личный состав госпиталя» . Зимой 1939 г. был передислоцирован на Советско-Финский фронт. Во время Второй Мировой войны 1941-1945 г был Начальником Терапевтического Полевого Подвижного Госпиталя № 41 в звании военврача 2 ранга и майора медслужбы. В наградных документах отмечалось, что П.А. Арандаренко имел огромный опыт в гражданских и военных лечебных учреждениях. Во время боевых действий 1939-1945 годов четко выполнял боевую задачу в любых условиях, проводил огромнейшую работу в деле повышения квалификации врачей и сестер своего госпиталя, сутками без смены и сна работал в госпитале, спасая жизнь раненых бойцов Красной Армии. Во время интенсивной бомбежки в Сталинграде, он, рискуя жизнью, организовал вынос всех раненых, чем сохранил им жизнь, и впоследствии эвакуировал. Как отмечалось в наградных документах, «показал себя пламенным патриотом Социалистической Родины, бесстрашным начальником <…> высококвалифицированный врач, прекрасный организатор, беспредельно предан делу Партии Ленина-Сталина и Социалистической Родине» . Имел государственные боевые награды – ордена и медали, в том числе Орден Отечественной войны I степени, Орден «Красная Звезда», Медаль «За боевые заслуги». В связи с тем, что после войны его дворянское происхождение вновь стало грозить ему арестом и заключением, боевой офицер-военврач, прошедший три войны с 1939 по 1946 г., не выдержал психологической нагрузки и в 1947 г. покончил жизнь самоубийством.
Казалось бы, что ничего не должно было угрожать жизни в эмиграции. Но начавшаяся Вторая Мировая Война распорядилась по-своему. Одной из известнейших участников и руководителей французского сопротивления была внучатая племянница Веры Петровны Арандаренко (Коломниной) — Вера Аполлоновна Макарова (1911-1944). В 1937 году вышла замуж за князя Николая Александровича Оболенского (1900—1979), сына генерал-майора А. Н. Оболенского, градоначальника Петрограда в годы Первой мировой войны. Вера Оболенская, известная в подполье как Вики, стала одной из ближайших соратниц кружка Жака Артюи, а после его ареста в декабре 1941 года — нового лидера OCM полковника Альфреда Туни, занимая пост генерального секретаря организации. Она была арестована 17 декабря 1943 года на конспиративной квартире. В 4 августа 1944 г. в тюрьме Плётцензее (Берлин) фашисты гильотинировали 33-летнюю княгиню Веру Аполлоновну Оболенскую. До освобождения Парижа она не дожила три недели.

Президент Российской ФедерацииВ.В. Путин у кенотафа Веры Оболенской на русском кладбище Сент — Женевьев — де — Буа. 1 ноября 2000 года
Могилы Веры Оболенской нет, но на русском кладбище под Парижем в Сент-Женевьев-де-Буа в её память установлен кенотаф. Согласно воле генерала Зиновия Пешкова, он похоронен в изножии кенотафа В. А. Оболенской в знак уважения к ней и её подвигу.
В настоящее время потомков дворянского рода Арандаренко и священников Арендаревых на Украине практически не осталось. Но их потомки живут в Австралии, Испании, Нидерландах, США, России, Сербии, Франции и ЮАР. На Украине, в Черниговской и Полтавской области, живут потомки казаков и крестьян Арендаренко рода Яранда/Аранда, менее пострадавших после революции 1917 года.
Потомки крестьян Арендаренко, каждый по-своему, восприняли события 1917 года. Свои идеалы отстаивал Игнатий Васильевич Арендаренко (1898 г.р., Полтавская губ., Миргородский уезд, с.Остаповка). Будучи по убеждению анархистом, он воевал в гражданскую войну в армии Махно. До начала 1930-х участвовал в деятельности подпольных анархических групп в Полтаве и Киеве. Был арестован в 1933-м, отбыл ссылки и лагеря. При невыясненных обстоятельствах в 1944 переселился в Германию. В 1949-1952 жил в Западной Европе, сотрудничал с анархистскими группами. Писал под псевдонимами «И.В.А.», «И.А.», «И. Сургутянин» статьи для журнала «Дело труда – Пробуждение». В 1952 эмигрировал в Мексику.
Вероятно, гены дают о себе знать. Родившийся в крестьянской семье в селе Шиловка Полтавской области Украины, Иван Иванович Арендаренко (1921-2013) — советский офицер-артиллерист, Герой Советского Союза, генерал-майор артиллерии.
Потомки священнослужителей Арендаревых, оставшиеся в СССР, также подвергались репрессиям. Немногим представителям этой ветви рода Яранда/Аранда удалось эмигрировать в начале 1920-х годов во Францию и Германию. Дворянин, белый офицер, капитан Петр Арендарев жил во Франции. В середине 1930-х эмигрировал в США. Сейчас там живут его потомки.
В 1800 г. из города Брауншвейг (Braunscwheig) в Нижней Саксонии в Германии в Российскую империю приехал Иоган фон Штейн, отец Варвары фон Штейн (Арандаренко). Связь с Германией в роду Арандаренко не прерывалась. В начале 1920-х в именно в Брауншвейг эмигрировала семья Григория Арендарева. В 1945 г. у его дочери, Надежды Григорьевны Арендаревой (в замужестве Бергановской), в Брауншвейге родился сын Евгений (21.11.1945). В 1948 г. семья Арендаревых-Бергановских переехала в Австралию. В 1969 году, окончив университет, Евгений Бергановский стал работать солиситером, в 1986 г. стал Омбудсменом Южной Австралии. На этой должности Евгений проработал 21 года. В 1992 году Е. Бегановский был выбран Генеральным Секретарём Международного Института Омбудсменов (International Ombudsman Institute) и Директором от Тихоокеанского региона.

Заключение

До настоящего времени в Черниговской и Полтавской области проживают казацкие потомки шляхтичей Яранда герба Помян. Им пришлось пройти через революцию 1917 г., раскулачивание, голодомор 1932-1933 г., репрессии, часть из них не вернулась с фронтов Второй Мировой Войны. Но только две ветви на Украине были практически полностью уничтожены революцией – дворянский род Арандаренко и род священнослужителей Арендаревых. Они не приняли Советскую власть, служили в УНР, сражались против большевиков и были либо уничтожены, либо эмигрировали. Потомков дворянского рода Арандаренко потрясения ХХ века разбросали их по всему миру. Сейчас они живут в Испании, Нидерландах, США, России, Сербии, Франции и ЮАР.
История рода Арандаренко является яркой иллюстрацией сложных и многогранных процессов формирования, развития и упадка традиционной дореволюционной элиты Российской империи, и шире – Центральной и Восточной Европы.

____________________________________________

[ 1 ] Милорадович Г.А. Родословная книга Черниговского дворянства. — СПб., 1901. Т. 1, ч. 1 и 2. с.4-5.
[ 2 ] Потапенко М. Від шляхетства до дворянства (до історії польської присутності на Ніжинщині в XVII – першій половині XIX ст. (за матеріалами формулярних списків). Ніжинська старовина. Вип.2. 2006, С.62–81.
[ 3 ] Szybkowski S. Brudzewscy herbu Pomian na Kujawach i w Wielkopolsce: Uwagi o majątkach, starostwach i genealogii. Roczniki Historyczne. Т.79. 2013, S.77.
[ 4 ] Franciszek Piekosiński. Wiece, sejmiki, sejmy i przywileje ziemskie w Polsce wieków średnich. Kraków, 1900. 81 с., с.43
[ 5 ] Грюнвальдская битва (Битва при Танненберге) — решающее сражение Великой войны 1409–1411 г., происшедшее 15 июля 1410 г.; союз Королевства Польского и Великого княжества Литовского под предводительством короля Владислава II Ягайло и великого князя литовского Витовта одержал победу над войском Тевтонского ордена.
[ 6 ] Казимир IV Ягеллончик (1427–1492 гг.) – Литовский великий князь (с 1440 г.), король Польши (с 1447 г.).
[ 7 ] Z. Górczak, Rozwój majątków możnowładztwa wielkopolskiego w drugiej połowie XV i początkach XVI wieku, Poznań 2007. С. 140-141.
[ 8 ] Jarand z Grabi i Brudzewa, Польский Словарь Биографический, 1962-1964, t. 10, s. 612
[ 9 ] Górczak Z. Rozwój majątków możnowładztwa wielkopolskiego w drugiej połowie XV i początkach XVI wieku, Poznań 2007 (por. rec. pióra T. Jurka, Roczniki Historyczne 73, 2007, s. 173-174; Górczak Z. Kariery majątkowe rodzin aspirujących do kręgu możnowładztwa wielkopolskiego w drugiej połowie XV i początkach XVI w., Poznań 2013. s. 70-71.
[ 10 ] Szybkowski S. Brudzewscy herbu Pomian na Kujawach i w Wielkopolsce: Uwagi o majątkach, starostwach i genealogii. Roczniki Historyczne. Т.79. 2013, S.73–88, s.87.
[ 11 ] Согласно договору великого князя литовского Александра Витовта с польским королем Владиславом II Ягелло (Городельская уния, с. Городло, 02 октября 1413) права польской шляхты, а также польские гербы, получили 47 литовских шляхетских родов. Бояре Великого княжества литовского, принявшие католицизм, получили права и привилегии польской шляхты. А польская шляхта занимала главенствующие должности при литовском княжеском дворе, получала в дар за службу, или скупала литовские земли и интегрировалась в жизнь княжества, создавая прочную политическую основу Речи Посполитой.
[ 12 ] Jarand z Grabi i Brudzewa, art. red. w: Polski Słownik Biograficzny, 1962-1964, t. 10, s. 612
[ 13 ] Kneschke E.H. Neues allgemeines deutsches Adels-Lexicon. Bd. II. – Leipzig, 1860. – 628 с. с.33
[ 14 ] Генерал-майор Иоганн Георг Эмиль фон Браузе — двоюродный брат генерал-майора Вильгельма фон Шак (1786–1831), генерал-майора Фердинанда фон Шак (1787–1846), пехотного генерала и генерал-губернатора саксонских государств под прусской администрации, наследника к Stechau и рыцарского ордена в Санкт Джон, Ганса фон Шак (1791–1866) и генерал-майора, первого адъютанта принца Вильгельма Прусского, Августа фон Шак (1793–1864).
[ 15 ] Правнук Генерал-майора Иоганна Георга Эмиля фон Браузе, Петер Граф Йорк фон Вартенбург, был участником неудавшегося покушения на Адольфа Гитлера и попытки государственного переворота 20 июля 1944 г. Он был арестован вечером 20 июля, приговорен к смертной казни Народным судом 8 августа 1944 г., и повешен в тот же день в тюрьме Берлин-Плётцензее по прямому приказу Гитлера. Его брат, Пауль Граф Йорк фон Вартенбург (1902-2002), также был участником заговора, избежал казни, после войны служил первым консулом Федеративной Республики Германии во Франции.
[ 16 ] Токарев С. Вихідці з польської шляхти у складі козацької старшини Ніжинського полку (друга половина XVII – XVIII ст. Ніжинська старовина. Ніжин, 2014. Вип. 17 (20). С. 23-32.
[ 17 ] Кулаковський П. Чернігово-Сіверщина у складі Речі Посполитої (1618 – 1648). Киев : Темпора, 2006. – 496 с.
[ 18 ] Потапенко М. Польська шляхта на Ніжинщині в XVII–XVIII століттях / М. Потапенко // Поляки в Ніжині : Збірник статей і матеріалів. Ніжин : ТОВ Видавництво «Аспект-Поліграф», 2007. С. 54–63. Павленко М. Благодiйництво родини Арандаренкiв / М. Потапенко // Поляки в Ніжині : Збірник статей і матеріалів. Ніжин : ТОВ Видавництво «Аспект-Поліграф», 2007. С. 33–35.
[ 19 ] Венгеров С.А. Критико-биографический словарь русских писателей и ученых. Т. 1. Санкт-Петербург, 1889., с.347–348.
[ 20 ] Арандаренко Н.И. Записки о Полтавской губернии. Часть II. Полтава, 1849., c.10
[ 21 ] Сборник Императорского русского исторического общества. Т.60. Санкт Петербург, 1887, c.39; 19
[ 22 ] М.С.Грушевский (1866 — 1934), историк, один из лидеров Украинофилов, председатель Украинской Центральной рады, профессор Львовского университета (1894-1914), член Чешской академии наук и искусств, академик ВУАН и Академии наук СССР.
[ 23 ] «О Арандаренко и его судьбе украинские летописи и польские официальные документы очень скудны…»
[ 24 ] Реестровые казаки — вписанные в реестр Польского государства, получающие военное обмундирование, денежное содержание, и призванные защищать Речь Посполитую от внешних врагов.
[ 25 ] Отряды нереестровых казаков и выписчиков (выписанных из реестра за нарушения и преступления) – незаконные казачьи вооруженные формирования, жившие за счет завоевательных походов и грабежей.
[ 26 ] Воссоединение Украины с Россией. Документы и материалы : [К 300-летию. 1654-1954] / Т. 1: 1620-1647 г. : [Украина накануне освободительной войны]. Док. 63. Сек. 110. / Акад. наук СССР. Ин-т истории. Акад. наук УССР. Ин-т истории. Москва : Акад. наук СССР, 1953.
[ 27 ] Воссоединение Украины c Россией. Т. 1. Док. 44. Сек. 80.
[ 28 ] История Украины в документах и материалах. Т. 3. Док. 69. Сек. 89
[ 29 ] Гетман нереестрового Запорожского казачества Тарас Федорович (Тарас Трясило), предводитель антипольского казацкого восстания 1630 г.; родоначальник казацкого старшинского рода Тарасевич, к которому принадлежала мать Г.А. Арандаренко, Мария Федоровна Тарасевич.
[ 30 ] Жерела до истории Украины-Руси. Т. 8. Док. 217 C 349 Док. 218. Сек. 349 — 350
[ 31 ] Кулиш П.А. Отпадение Малороссии от Польши. 1340-1654. Москва. 1874. Т. 1, гл. 6.
[ 32 ] Грушевський М. С. Історія України-Руси. Т. VIII. Роки 1626-1650. Ч.1. Київ-Львів, 1922. — С. 336.
[ 33 ] Летописный памятник первой половины XVII века, помещённый в рукописной книге М. Гунашевского. Название условно. Львовская летопись отражает события на Руси с 1498 по 1649 годы, подавая ценные сведения о внешнеполитическом и экономическом положении украинских земель, взаимоотношения с Польшей, Россией, Крымским ханством.
[ 34 ] Е.М.Апапович, Историческая рукописная книга XVI-XVIII вв. в фондах Центральной научной библиотеки АН УССР // ВНК «Книга в России до середины XIX в.», Ленинград, 1976 г.
[ 35 ] Книга в России (до середины X IX века). Под редакцией А. А. Сидорова и С. П. Луппова. Ленинград. 1978. 320 с. с.198
[ 36 ] Владимир Степанович Иконников (1841 — 1923) — русский историк, профессор и декан историко-филологического факультета Императорского университета Св. Владимира.
[ 37 ] Евгений Емельянович Петрушевич (1863 — 1940) — адвокат, депутат австрийского парламента и Галицкого сейма, президент Украинского национального совета Западно-Украинской народной республики, провозглашённой после распада Австро-Венгрии на территориях, населённых украинцами.
[ 38 ] Сидоров А.А., Луппов С.П. Книга в России (до середины XIX века). Ленинград. 1978., c.198
[ 39 ] В г. Каневе был основан православный мужской монастырь, там хоронили гетманов, таких как Иван Подкова, Яков Шах и Самойло Кошка. В конце XVI в. город был охвачен восстанием Северина Наливайка. А в 1625-м, уже обладая магдебургским правом, стал центром Каневского реестрового казацкого полка. Во время татарского набега 1630 г. г. Канев был сожжен, но отстроен заново. Большая часть основных решений казацкой жизни принималось гетманом, находящемся в Каневе. Некоторых казацких гетманов, неугодных казачеству за их польскую ориентацию, казнили там же, в Каневе.
[ 40 ] Позже турки восстановили старую крепость и переименовали ее в Ени-Кале — «Новая крепость»
[ 41 ] Целевич Ю. Участь козаків у Смоленській війні (1633-1634)// ЗНТШ. Львів, 1899. Т. 28. С. 1-3.
[ 42 ] Антонович М. Козацьке військо у Смоленській війні. Варшава, 1937. С. 3-5; Флоря Б. Начало Смоленской войны и запорожское казачество// Марра mundi. Збірник наукових праць на пошану Я. Дашкевича з нагоди його 70-річчя. Львів-Київ-Нью-Йорк, 1996. С. 443-445.
[ 43 ] Археографический сборник документов, относящихся к истории Северозападной Руси — Вильно, 1870. Т. 7. С. 94
[ 44 ] Мицик Ю.А. Итальянская брошюра 1633 г. Об участии запорожцев в Смоленской войны (1632-1634рр.) / Ю. А. Мыцык, Н. Я. Пухальская // Украинский исторический журнал. 2010. № 3. С. 213-218.
[ 45 ] Warfare, State, and Society on the Black Sea Steppe, 1500-1700. By Brian L. Davies. Warfare and History. London: Routledge, 2007
[ 46 ] Гетман Козаневский, польный коронный Речи Посполитой, заместитель командующего армией Польского королевства («Короны»), гетмана великого коронного Конецпольского.
[ 47 ] Abaza Mehmed Paşa; 1576 — 23 августа 1634, Стамбул; военный и государственный деятель, визирь Османской империи, бейлербей Эрзурумского эйялета, правитель Боснии, Силистры и Видина
[ 48 ] Яссы — бывшая столица Молдавского княжества, центр Западной Молдавии
[ 49 ] Antoni Jozef Rolle. Sylwetki Historyczne. Serya VIII. Krakow: Naklad G. Gebethnera i Spolki. 1892. S. 393-394.
[ 50 ] Język polski. Czasopismo Towarzystwa Miłośników Języka Polskiego. T. 50–51. 1970
[ 51 ] Выборные казаки — зажиточная часть казачества, которая имела всевозможные казацкие привилегии, крепкие хозяйства, которая была оставлена на полковой службе и являла собой вооруженную силу полка. Выборные казаки по своему положению были равны реестровым казакам времен Речи Посполитой.
[ 52 ] ГАЧО, ф.1415, оп.1, д. 227. Чернигов и область. Малая Кошелевка. Метрические книги 1790-1804 г.
[ 53 ] Список кавалерам Императорских российских орденов всех наименований за 1829. Часть первая. СПб.: Имп. Академия Наук. 1830, с.156.
[ 54 ] Книга адресов С. Петербурга на 1837 год. СПб.: тип. III Отд. Соб. Е. И. В. Канцелярии. 1837, с.96.
[ 55 ] Милорадович Г.А. Родословная книга Черниговского дворянства. СПб., 1901. Т. 1, ч. 1 и 2. 646 с., с.4-5.
[ 56 ] Месяцослов и общий штат Российской империи на 1839 год. Часть первая. СПб.: Имп. Академия Наук. 1839, с.774.
[ 57 ] Список гражданским чинам пятого класса на 1847 год. СПб.: тип. II Отд. Соб. Е. И. В. Канцелярии. 1847, с.797.
[ 58 ] Список дворянских родов и лиц, внесенных в дворянскую родословную книгу Черниговской губернии и утвержденных в дворянстве Герольдией правительствующего Сената, временным ее присутствием и Департаментом Герольдии по 1881 год. Чернигов : Губ. тип., 1881. 201 с, с.3.
[ 59 ] Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга (далее — ЦГИА СПб). Ф. 268. Оп. 1. Д. 588., Л.156.
[ 60 ] Владимирский-Буданов М.Ф., Румянцев-Задунайский П.А. Акты по управлению Малороссиею гр. П.А. Румянцева за 1767 г. Киев. 1891. 44 с. с.22
[ 61 ] Отдел государственного архива Черниговской области в г. Нежине (далее — ВДАЧОН), ф.343, оп.1, д. 203, л. 59-60 (н.); Потапенко М. Від шляхетства до дворянства (до історії польської присутності на Ніжинщині в XVII – першій половині XIX ст. (за матеріалами формулярних списків) // Ніжинська старовина. Ніжин, 2006. Вип. 2 (5). С.62–81. С.62-71
[ 62 ] Со времени Богдана Хмельницкого Нежин считался крупным казацким центром. Казаки Нежинского полка принимали активное участие в войне Хмельницкого с Польшей и несколько раз отбивали город у поляков, но всё же не смогли закрепиться в нём. Только по условиям Переяславской Рады Нежин отошёл к Войску Запорожскому и вошёл в состав России. Нежинский полк стал административной и военной единицей гетманской Украины. Расформировали его при Екатерине II и включили во вновь образовавшееся Черниговское наместничество (1872).
[ 63 ] Коваленко О., Петреченко І. Неопублікований опис Ніжина початку 80-х років XVIII ст. Ніжинська старовина. Вип. 2 (5). 2006. С. 51–61., с.59
[ 64 ] Государственный архив Черниговской области (ГАЧО), ф.343, оп.1, д.203., Л.59–60
[ 65 ] РГИА, Ф. 1343, ТРЕТИЙ ДЕПАРТАМЕНТ СЕНАТА, Инв. оп. 16. 1813-1894. Арандаренко, л. 124. № 2492 за 1870 г. (Черниговская губерния)
[ 66 ] Милорадович Г.А. Родословная книга Черниговского дворянства. СПб., 1901. Т. 1, ч. 1 и 2. 646 с., с. 5.
[ 67 ] Список дворянских родов и лиц, внесенных в дворянскую родословную книгу Черниговской губернии и утвержденных в дворянстве Герольдией правительствующего Сената, временным ее присутствием и Департаментом Герольдии по 1881 год. — Чернигов: Губ. тип., 1881. — 201 с. с.3
[ 68 ] Відділ Державного архіву Чернігівської області в м. Ніжині (далее – ВДАЧОН), ф. 343, оп. 1, спр. 203, арк. 60.
[ 69 ] Объявления о купчих. Санкт-Петербургские ведомости. СПб, 1791. №76. 8 с. с.2
[ 70 ] ВДАЧОН, ф. 343, оп. 1, спр. 203, арк. 60 (автобиографическое свидетельство корнета Ивана Арандаренко).
[ 71 ] Государственный архив Черниговской области, ф.343, оп.1, д.203. Л.60
[ 72 ] Державний архів Чернігівської області (далее — ДАЧО) Ф. 128. Оп. 1. Спр. 833. Арк. 98–110
[ 73 ] Киевский институт рукописи. Фонд VIII. № 553/246
[ 74 ] ВДАЧОН, ф. 343, оп. 1, спр. 203, арк. 60.
[ 75 ] ГАЧО, Ф.133 Оп.1 Спр.84, слайд 00102, слайд 00124, слайд 00153.
[ 76 ] Волков С.В. Высшее чиновничество Российской империи. Краткий словарь. Москва, 2016
[ 77 ] Кони Ф.А. Провинциальные театры. Репертуар и Пантеон. 1853.
[ 78 ] Степанов В. С., Григорович П. И. В память столетнего юбилея Императорского Военного ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия. (1769—1869). СПб., 1869.
[ 79 ] ЦГА МССЗ, ф.2, д.5339, л.2
[ 80 ] Луговцова С.Л. «Заговор Канарского»: Мозырское демократическое общество и его участники. Минск. 2010. — 351 с. С.297-315.
[ 81 ] ЦДИАУК, ф.128, оп.1 вотч. Спр.925, д. 2309, спр.2309.
[ 82 ] Модзалевский В.Л. Малороссийский родословник. Т. I. К., 1908. С. 211-214
[ 83 ] Литературные источники «Преданья русского семейства». Портреты. Реликвии. Документы». Под общ. ред. С.М. Некрасова. – СПб, 1999 г.
[ 84 ] Древний русский дворянский род, из Ростовских бояр. При подаче документов, для внесения рода в Бархатную книгу, была предоставлена родословная роспись Грязных, шесть царских грамот ростовскому боярину Илье Борисовичу Грязному, а также четыре царские жалованные грамоты, за подписью Михаила Грязново
[ 85 ] Памятная книжка Седлецкой губернии, г.Седлецк, Печатано в губернской типографии, 1877-1888 г.
[ 86 ] Басханов М.К. Арандаренко Г.А. Русские военные востоковеды до 1917 года. Биобиблиографический словарь. М.2005. С. 18.
[ 87 ] Венгеров С.А. Критико-биографический словарь русских писателей и ученых. Т. 1. СПб. 1889-1904, стр. 347-348.
[ 88 ] ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 324. Д. 76
[ 89 ] ЦАМО. Фонд 33. Опись 686196. Единица хранения 6616.
[ 90 ] ЦАМО. Фонд 33. Опись 682525. Единица хранения 274.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *