ЭТНИЧЕСКАЯ И КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ГЕОГРАФИЯ СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ НА РУБЕЖЕ XIX-XX вв.[**]


Манаков А. Г. *


ЭТНИЧЕСКАЯ И КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ГЕОГРАФИЯ
СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ НА РУБЕЖЕ XIX-XX
вв.**


Наиболее надёжные среди всех местных переписей и оценок
численности населения, осуществлённых до революции. Исследователи отмечают, что
работа Статистического комитета по организации переписи вызывает большое
доверие: на каждое лицо составлялось по три формы переписных листов и помимо
этого «Вопросный лист для инородческих наречий» (Киселева, 1993). В настоящее
время итоги переписи используются историками, этнографами и географами при
проведении демографического и историко-географического анализа изменений в
национальном составе населения за прошедший период.


Ниже представлен географический анализ этнической и
конфессиональной структуры населения 85 уездов девяти северо-западных губерний
Российской империи (Первая всеобщая…, 1903-1905). Согласно существующему в то
время районированию государства, рассмотренные губернии входили в состав Озёрной
области: Псковская, Новгородская, С.-Петербургская губернии; Прибалтийского (или
Балтийского) края: Эстляндская, Лифляндская и Курляндская губернии; Верхнего
Поднепровья и Белоруссии (или Литовско-Белорусского края): Смоленская и
Витебская губернии; а также Московской промышленной области и Верхнего Поволжья
(Тверская губерния) (Россия. Географическое описание…, 1913; Россия. Полное
географическое…, 1900, 1905).


Спецификой переписи 1897 г., которую этнографы оценивают в
качестве недостатка, явилось выявление этнической принадлежности с помощью
вопроса о родном языке (частично – и вопроса о вероисповедании). С позиции
современной науки лингвистика тогда была разработана слабо, ряд языков именовали
наречиями, наречия – языками. К тому же, были выделены далеко не все этнические
общности, о чём свидетельствуют результаты последующих переписей (Брук, 1994).

Чтобы сохранить стиль изложения той эпохи, мы будем пользоваться названиями
языковых групп и отдельных народов, принятыми в конце XIX в. Русское население в
то время рассматривалось состоящим из трёх групп: великороссов, малороссов и
белорусов (Российская империя, 1992). В таком виде русский язык включался в
славянскую группу, наравне с польским языком. В статистике переписи 1897 г.
великороссы иногда рассматривались вместе с белорусами и малороссами. В состав
литовско-латышской группы включалось три языка: латышский, литовский и жмудский.
В интересующих нас губерниях к народам финской группы были отнесены: эсты,
финны, корелы, ижора и чудь.


Расселение населения, не считающего родным великорусский язык,
отображено на рис. 4. В число губерний, где явно преобладало невеликорусское
населения, попадали Эстляндская, Лифляндская, Курляндская и Витебская губернии.
Также значительной была доля невеликорусского населения в С.-Петербургской
губернии. Обращает на себя внимание высокая доля невеликорусского населения в
уездах, территория которых сейчас заселена почти исключительно русскими. Это, к
примеру, ряд уездов С.-Петербургской губернии и северо-восточные уезды Витебской
губернии (Себежский, Невельский и Велижский, территория которых ныне входит в
состав Псковской и Смоленской областей).


Рис. 4. Доля населения, не считающего родным великорусский язык (по переписи
1897 г.)



Цифрами на рис. 4-14 и 17 обозначены уезды губерний Российской империи в
конце XIX в. Эстляндская губерния: 1 – Ревельский, 2 – Везенбергский, 3 –
Вейсенштейнский, 4 – Гапсальский; Лифляндская губерния: 5 – Рижский, 6 –
Валкский, 7 – Венденский, 8 – Верроский, 9 – Вольмарский, 10 – Перновский, 11 –
Юрьевский, 12 – Эзельский, 13 – Феллинский; Курляндская губерния: 14 –
Добельский (Митавский), 15 – Бауский, 16 – Виндавский, 17 – Газенпотский, 18 –
Гольдингенский, 19 – Гробинский, 20 – Иллукстский, 21 – Тальсенский, 22 –
Туккумский, 23 – Фридрихштатский; Витебская губерния: 24 – Витебский, 25 –
Велижский, 26 – Городокский, 27 – Двинский, 28 – Дриссенский, 29 – Лепельский,
30 – Люцинский, 31 – Невельский, 32 – Полоцкий, 33 – Режицкий, 34 – Себежский;
,b>Псковская губерния: 35 – Псковский, 36 – Великолуцкий, 37 – Новоржевский,
38 – Опочецкий, 39 – Островский, 40 – Островский, 41 – Торопецкий, 42 –
Холмский; Санкт-Петербургская губерния: 43 – С.-Петребургский, 44 – Гдовский, 45
– Лужский, 46 – Новоладожский, 47 – Петрегофский, 48 – Царскосельский, 49 –
Шлиссельбургский, 50 – Ямбургский; Новгородская губерния: 51 – Новгородский, 52
– Боровичский, 53 – Белозерский, 54 – Валдайский, 55 – Демянский, 56 –
Кирилловский, 57 – Крестецкий, 58 – Старорусский, 59 – Тихвинский, 60 –
Устюжинский, 61 – Череповецкий; Тверская губерния: 62 – Тверской, 63 – Бежецкий,
64 – Весьегонский, 65 – Вышневолоцкий, 66 – Зубцовский, 67 – Калязинский, 68 –
Кашинский, 69 – Корчевский, 70 – Новоторжский, 71 – Осташковский, 72 – Ржевский,
73 – Старицкий; Смоленская губерния: 74 – Смоленский, 75 – Бельский, 76 –
Вяземский, 77 – Гжатский, 78 – Дорогобужский, 79 – Духовищенский, 80 –
Ельнинский, 81 – Краснинский, 82 – Поречский, 83 – Рославльский, 84 – Сычевский,
85 – Юхновский.


Расселение славян, не считающих родным великорусский язык (в
данном случае, это белорусы и поляки), показано на рис. 5. Белорусы в ходе
переписи 1897 г. регистрировались отдельно по уездам Смоленской, Витебской и
Эстляндской губерний, а поляки – во всех девяти губерниях. Следует отметить,
что, хотя в Смоленской губернии выделяется единственный белорусский уезд –
Краснинский, ещё за 30 лет до проведения всероссийской переписи населения
Смоленская губерния чётко делилась по этническому признаку на две части –
преимущественно белорусскую западную (со Смоленском) и великорусскую восточную
(Ширяев, 1991). Вероятно, аналогичные процессы ассимиляции и смены этнического
самосознания происходили в северо-восточных уездах Витебской губернии,
переданных в 1924 г. в состав Псковской губернии. В этих уездах доля
белорусского населения с 1897 по 1926 г. уменьшилась примерно вдвое (во всяком
случае, согласно официальным данным).
Повышенная доля поляков в Витебской,
Курляндской и частично Смоленской губерниях объясняется их вхождением в прошлом
в состав территории Речи Посполитой. Относительно высокая доля поляков в других
губерниях, особенно в С.-Петербургской, – следствие миграционных процессов, о
чём свидетельствует концентрация польского населения в губернских центрах.


Рис. 5. Доля населения, считающего родными белорусский и польский языки (по
переписи 1897 г.)



Народы литовско-латышской группы (ныне – летто-литовской) индоевропейской
семьи регистрировались в уездах всех губерний, кроме С.-Петербургской и Тверской
(рис. 6). В Витебской и Курляндской губерниях отдельно выделялись литовцы, в
остальных губерниях – только латыши. Кроме преимущественно латышских уездов
Курляндской и южной части Лифляндской губерний, заметна высокая доля народов
этой группы в западной части Витебской губернии (Латгалии), которая также входит
сейчас в состав Латвийской Республики. Повышенная доля латышей в ряде уездов
других губерний (Новгородской, Псковской, восточной части Витебской губерний) –
результат их миграции во второй половине XIX в. В числе территорий, куда
переселялись латыши, значились также южные уезды С.-Петербургской губернии
(Гдовский и Лужский), которые, к сожалению, остались «белым пятном» на карте
из-за отсутствия необходимых данных.


Рис. 6. Доля населения, считающего родными языки литовско-латышской группы
(по переписи 1897 г.)



Среди «племён» финской группы (ныне – народов финно-угорской группы уральской
языковой семьи) регистрировались (рис. 7): эсты (эстонцы) в Эстляндской,
Лифляндской, Псковской, Новгородской, С.-Петербургской и Тверской губерниях;
чудь (в основном вепсы) – в Новгородской губернии; корелы (карелы) – в
Новгородской и Тверской губерниях; ижора (ижорцы) – в С.-Петербургской губернии;
финны (в основном ингерманландские финны вместе с водью) – в Псковской и
С.-Петербургской губерниях.
Повышенная доля эстонского населения, кроме
Эстляндской и северной части Лифляндской губерний, характеризовала ряд уездов
С.-Петербургской губернии (Ямбургский, Гдовский, Петергофский, Лужский) и
Псковской губернии (т.н. «православные эстонцы» – сету в Псковском уезде,
эстонские переселенцы в Торопецком и Холмском уездах). Чудь была зафиксирована
только в Новгородской губернии – в Тихвинском и Белозерском уездах. Карелы
составляли значительные группы в Тверской губернии (тверские карелы в Бежецком,
Весьегонском, Вышневолоцком и Новоторжском уездах), также в Новгородской
губернии (в Валдайском и Тихвинском уездах; вторые известны ныне как тихвинские
карелы Ленинградской области).
Финны, сейчас известные как
финны-ингерманландцы, составляли значительную долю населения Шлиссельбургского,
Царскосельского, Ямбургского и Петергофского уездов С.-Петербургской губернии.
Финны также были выделены отдельно в Псковской губернии, где, однако, составляли
небольшой процент во всём населении (наиболее высокий – в Холмском и Торопецком
уездах). Кроме того, в С.-Петербургской губернии были зарегистрированы ижорцы,
жившие в основном в Ямбургском и Петергофском уездах.


Рис. 7. Доля населения, считающего родными языки финской группы (по переписи
1897 г.)



Среди народов германской группы (рис. 8) во всех губерниях по уездам
фиксировались немцы, а в Эстляндской губернии ещё и шведы, составлявшие
относительно большую долю только в Гапсальском уезде. Следует отметить, что в
прибалтийских губерниях немецкий язык в качестве родного называла часть
латышского, эстонского и еврейского населения (Казьмина, 1991а). Кроме трёх
прибалтийских губерний, повышенной долей немецкого населения отличалась только
С.-Петербургская губерния (кроме Гдовского, Лужского и Новоладожского уездов). В
остальных губерниях немецкое население концентрировалось преимущественно в
губернских центрах.


Рис. 8. Доля населения, считающего родными языки германской группы (по
переписи 1897 г.)



Так как часть еврейского населения в качестве родного языка признавала
немецкий (в прибалтийских губерниях) и великорусский – во всех остальных
губерниях, более точную оценку численности евреев даёт подключение к анализу
конфессиональной принадлежности населения. Население, исповедующее иудаизм,
фиксировалось по уездам всех девяти губерний (рис. 9). Расхождение между долей
евреев и населения, исповедующего иудаизм, значительно только в прибалтийских
губерниях. Доля евреев была высока в двух губерниях, входящих в область,
оконтуренную «чертой оседлости» еврейского населения, – в Витебской и
Курляндской. На территориях, не входящих в эту область, доля евреев была
повышена преимущественно в губернских центрах.


Рис. 9. Доля населения, исповедующего иудаизм (по переписи 1897 г.)



В целом доля неправославного населения (при проведении переписи
1897 г. единоверцы рассматривались вместе с православными) составляла больше
половины в прибалтийских губерниях и западной (латгальской) части Витебской
губернии (рис. 10). Также была повышена доля неправославного населения в
восточной части Витебской губернии. В некоторых уездах Новгородской, Псковской и
Смоленской губерний подавляющее большинство неправославного населения составляли
старообрядцы. Также много старообрядцев (раскольников) осело ещё в XVII в. в
Латгалии (Инфлянтах Польских), ставшей в последующем западной частью Витебской
губернии (рис. 11).


Рис. 10. Доля населения, не исповедующего православную религию (по переписи
1897 г.)



 Рис. 11. Доля старообрядцев (по переписи 1897 г.)



Население, исповедующее римско-католическую религию, проживало
преимущественно в Латгалии и ряде других уездов Витебской губернии (рис. 12), на
территориях, около двух веков входящих в состав Речи Посполитой. В других
губерниях повышенная доля католиков связана с выходцами из Польши и других
католических стран.


Рис. 12. Доля населения, исповедующего римско-католическую религию (по
переписи 1897 г.)



Господствующей религией населения прибалтийских губерний с XVI в. является
лютеранство (рис. 13). Население, исповедующее протестантскую религию, было
достаточно многочисленным также в С.-Петербургской губернии (в основном
финны-ингерманландцы, эсты и часть немцев), ряде уездов Псковской, Новгородской
и Витебской губерний, принявших эстонских и латышских переселенцев.


Рис. 13. Доля населения, исповедующего лютеранство (по переписи 1897 г.)



Как уже отмечалось, высокий индекс религиозной мозаичности может служить в
качестве признака контактной зоны суперэтнического уровня. На рубеже XIX-XX вв.
суперэтническая граница в виде широкой контактной зоны проходила через
северо-западную часть С.-Петербургской губернии, далее через все три
прибалтийских губернии (Эстляндскую, Лифляндскую и Курляндскую) и Витебскую
губернию (рис. 14). Двумя наиболее поликонфессиональными регионами северо-запада
Российской империи являлись Латгалия на западе Витебской губернии (с индексом
религиозной мозаичности свыше 0,5) и Ингерманландия на северо-западе
С.-Петербургской губернии (с индексом религиозной мозаичности более 0,4).


Рис. 14. Индекс религиозной мозаичности уездов северо-западных губерний
Российской империи (на 1897 г.)



В течение последующего ХХ в. Великорусская ГЭКС переживала переход от стадии
зрелости к стадии старости. О старении ГЭКС свидетельствуют некоторые
особенности геодинамики внешних и внутренних ЭКЗ на северо-западе Русской
равнины. В течение ХХ в. в Российской геокультурной системе заметно поменялись
приоритеты: от создания внешних ЭКЗ в первой половине столетия к растворению
всех сохранившихся внутренних ЭКЗ, что стало особенно характерно для конца века.
Локализации внешних и внутренних ЭКЗ на северо-западе Русской равнины в конце
второго тысячелетия и их геодинамике в течение всего ХХ столетия посвящён
следующий раздел книги.


 


*кандидат географических наук, доцент кафедры географии Псковского
госпединститута 
** глава из книги А.Г. Манакова Геокультурное
пространство северо-запада Русской равнины: динамика, структура, иерархия. Псков
2002. Полную версию книги см.: http://st.volny.edu/


 


источник: Этно-журнал http://www.ethnonet.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.