Новгородские бояре Овиновы (продолжение11)


Не буду останавливаться подробно на родословной Федоровых. Это — близкие родственники Феофилатьевых. И все, что относится к родословной Феофилатьевых, равным образом относится и к родословной Федоровых.


Кстати, касательно потомков Твердиславичей — бояр Кузьминых: как видно, у них с Феофилатьевыми общие славные предки (см. в “Приложении…”). Отдельная тема — происхождение легендарного “Михаила Степановича Прусского”. Этот вопрос, несмотря на крайне скудные док.источники тех лет, пытались исследовать несколько историков. П.Н.Петровым даже выдвинуто предположение о происхождении предка Феофилатьевых и Кузьминых от киевского тиуна (82*) конца 12в. Ратши (83*).


Родословная рода Берденевых реконструирована В.Л.Яниным от начала 15-го до конца 15ст. (см. также ранее)


<cхема68>.


Родословная Коробовых (= Казимировых, см. также ранее в тексте


(РГАДА, ф.210 оп.18 кн.165 стр.485).


“…Лета 7811 (?) году выехал из Литвы во Тверь служить ко Великому Князю Михаилу Ярославичу Тверскому пан Марко Демидов и тот его выезд в родословной и во выезжей книге написано /…/ а у Марки было два сына первой Константин второй Александр Хваст и от Александра повелись Слячевы да Бабкины. А у Константина сын Михайла Гендемир, у него три сына первой Василий, второй Яков, третей Измайла. И от Якова сын Иван Киндырь и от того повелись Киндыревы, и от Измайлы повелись Полтинины и Сумины, а от болшега их брата Василья сын Иван Короб, и у него дети первой Юрья бездетен, второй Андрей…” (далее — неважный сейчас для нас “московский” период, см. в “Приложении…”).


<схема69А>


Как говорится, “сей случай всех злее”. Такое нагромождение вымысла и домысла, в сочетании с вполне достоверными фактами, не часто встретишь. Чтобы извлечь надежный фактический материал из этого “произведения”, вначале перечислим летописные упоминания о фамилии и сведения о владениях Казимировых и Коробовых в новгородских землях в конце 15в. (согл.НПК и летописей).


В Новгородских петописях 1475-77г.г., вслед за братом Василия Александровича Казимира Яковом Коробом, неизменно упоминается Лука Яковлев. Вероятно, речь идет о сыне Короба. Кроме того, из тех же летописей известно, что дочь Короба была замужем за внуком Андрея Борецкого Дмитрием Исаковичем.


В НПК конца 15 века упомянуты сл.вотчинники Коробовы: Яков, Иван Яковлев, Посник, Андрей Иванов. Кроме того, в НПК записаны некие какие-то мелкие вотчинники Коробьины: Ждан, Павел, Петр Иванов. Имеют ли они отношение к Коробовым — неясно. Вероятно, в сочетании с “летописными” Коробовыми, их можно схематически расположить сл.образом:


<схема69Б>


Теперь дополним ее Казимировыми.


Насколько можно судить по летописям и НПК, у Василия Казимира не было сыновей, но была сестра, за детьми которой Иваном и Григорием Михайловичами “Казимировыми сестричичами” и остались впосл.его вотчины. Мелкий вотчинник Михаил Казимиров (НПК, 4-213,214) вероятно, не сын Василия Казимира, а какой-то родственник “сестричичей”.


<Схема69B>


Теперь, когда у нас есть “сетка” относ.достоверных фактов, я перечислю “претендующие на достоверность” факты из древнейшей родословной Коробовых.


Таких фактов в древнейшей родословной немного, и почти все они нуждаются в некоторой “коррекции”.


Братья Константин и Александр Хвост, из которых кто-то — родоначальник Слячевых и Бабкиных (только, разумеется, все происходит не в Твери, а в Новгороде — оба эти рода бесспорно новгородские.


У Константина сын Михайла Гендамир, у него три сына Василий, Яков и Измайла. Вероятно, эти три сына — не Михайловичи, а все же Александровичи (если речь идет о летописных “Александровичах” -Коробе и Казимире. Тогда нужно предположить, что “Каримир” (Казимир) — не Василий, а его отец (согл. летописям, Александр; согл. “Родословной…” — Михаил). А прозвище “Короб” действительно, принадлежало брату Александра, Якову (сын Якова Александровича Иван в Московском Розряде уже пишется “Коробов”). Следующий, ближайший к “Московскому” период росписи, уже практ. безошибочен: вполне исторические личности Иван Киндырь, Андрей Иванович Коробов и др., и др.


<схема69Г>


По остальным упомянутым в росписи рода Коробовых и др. из ф.210 РГАДА фамилиям не удается осуществить подобное сравнение данных поколенной росписи и новг. документальных источников (летописей, НПК):


Родословная Бабкиных


В сохранившихся поколенных росписях начало рода Бабкиных четко не указано: “…а у Марки было два сына первой Константин второй Александр Хваст и от Александра повелись Слизины (Слячевы?) да Бабкины. А у Константина сын Михайла Гендемир…”, и т.д.


<схема70А>


Представители разветвленного рода Бабкиных многократно упоминаются в НПК: Лука, Семен Афонасьевичи и жена Луки Марья Павловна Савелкова, их сыновья Федор, Семен, Иван; Константин Богданович Бабкин; Иван Кузьмин, Григорий, Матвей, Иван, Дмитрий, Никита Моисеевичи, вдова Микулы Бабкина Марья. Кроме того, при описаниии пригородных пожень указана пожня Федоса Баккина (Бабкина?) с Прусской улицы. В летописях один представитель рода упомянут среди встречающих Ивана 111 Васильевича; это — Константин Богданович Бабкин. И он же записан среди неревских бояр и житиих, участвовавших в “насильствах” против плотничан.


Все они складываются в несколько семей, связать между собой которые не удается, равно как не удается связать их и пресловутого “Бабку”.


<Схема 70Б>


И служащие Тверскому владыке Бабкины в нач.-сер.16в., после “боярского вывода”


<схема70В>


Родословная Слизиных


В подобном положении мы оказываемся, когда пытаемся восстановить родословную однокоренных с Бабкиными житиих Слизиных.


Они также многократно упом.в НПК : Василий, Спиридон и Яков Васильевы, Дмитрий, Илья Слизины (или, как иногда они пишутся — Слузовы). Представители рода также встречают Ивана 111 на разных станах в 1475г.


Вполне возможно, что боярин, от прозвища которого пошла фамилия Слизиных, упом.в летописях — 1475г., Яков Вас.Слизень?


<схема71>


Но начало их рода четко не обозначено., поэтому связать Слизиных конца 15в. с легендарным “Марко” не удается.


И, разумеется, нет дост.оснований выводить от одного предка Слизиных и Селезневых (хотя после сравнения их землевладений это было бы логично. Но первый известный Селезнев — Яков Федорович, а Слизин — Яков Васильевич).


Таким образом, происхождение всех родов, представители которых не участвовали в “насильствах” против жителей Плотницкого конца (кроме рода Овиных) — либо известно, либо реконструировано ранее. Поскольку нет никаких указаний на возможность близкого родства Овиновых и Фефилатьевых, Федоровых; близкое родство Овиновых и Берденевых практически невероятно (исходя из сравн.анализа их землевладений) —


в кач-ве “кандидатов” на родство с Овиновыми из перечисленных родов остаются только Коробовы и Казимировы (что косвенно подтверждается наличием у них общего предка с Бабкиными и Слизиными, с которыми Овиновы часто соседствуют или совладеют землей).


Итак, наш ход рассуждений противоречит версии происхождения Овиных от пос.Захария Михайловича (поскольку, как минимум, половина не участвовавших в “насильствах” бояр не явл.потомками Захарии Михайловича). Тем более, не подтверждается и версия с Обакуновичами и Твердиславичами.


И, в завершение обсуждения темы о доминировавших в последние годы новгородской государственности боярских родах:


В 1478 году, во время последнего похода Ивана 111 на Новгород, среди переговорщиков от лица Великого Новгорода первые роли (даже после гибели старших Овиных и Казимира) удерживают за собой “промосковские” кланы: Яков Короб, Феофилакт Захарьин, Лука и Яков Федоров, Лука Исаков Полинарьин, (пос.Фома Андреевич Курятник и степ.тыс. Василий Максимов среди переговорщиков, вероятно, “по долгу службы”). (84*)


Чтобы уже не возвращаться более к составу Овиновской группы встречающих, остановлюсь на последнем находящемся в ее составе не “урожденном Овинове” — зяте Захария Григорьевича Иване Кузьмине. Свое место в группе, разумеется, он занимает в кач-ве зятя Овина, а не в кач-ве какого-то “урожденного” родственника Овиных. Тем не менее, поскольку потомки Ивана Кузьмина Кузьмины-Короваевы одновременно являются и потомками Овиновых (по жене Ивана Кузьмина, дочери Захара Овина) — его происхождение также имеет некоторое отношение к теме книги.


Родословная Кузьминых-Короваевых и Феофилатьевых (ф.210 оп.18 д.кн.165 стр.540)


“…Род Кузминых и Феофилатьевых Новгородцких до Новгородцкаго взятия владелцов болших степенных посадников пришел из Пруския земли Князь Михайла Степанович Пруской до взятья Новгородцкаго и в Новегороде крестился, а про выезд Князь Михайлы Степановича Прускаго родственника Кузминых и Феофилатьевых и про болшое их посадничество свидетелствует в Великом Новгороде в старых книгах и у Троицы во Сергиевом манастыре в записной книге и в старинном родословце и на Москве во многих домах во старых книгах и в родословцах /…/ А у Князя у Михайлы у Степановича у Прускаго два сына первой Твердислав в крещении Семен другой Павша и по крещению имя Анания. И от Семена — Твердислава Михайловича повелись Кузмины, а от Анании Михайловича от Павши — Феофилатьевы. А у Семена /…/ сын Кузма, у Кузмы сын Захарий, у Захарии Семен, у Семена сын Кузма, у Кузмы сын Иван, а в приход Великаго Князя Ивана Васильевича Всея Русии к Новегороду Иван Кузмин в то время был в вотчине своей в Яму городе на Немецком рубеже…”.и т.д. Как ни странно, но вопрос о происхождении зятя Овина Ивана Кузьмина дискутируется до сего дня. На мой взгляд, нет оснований отвергать цепочку (“Иван-Кузьма-Семен-Захарий-Кузьма-Твердислав-Михаил-Степан”) в пользу их призрачного родства с Берденевыми . Тем более, что размещение Ивана Кузьмина среди Берденевых (см.у В.Л.Янина, 1994г.) не подтверждается сравнением землевладений Кузьмина и Берденевых. (85*)


Итак: предположив возможность происхождения Овиных от пос.Захарии Михайловича (через Григория Богдановича и Обакуновичей, или через какого-то другого Григория) — соединить Обакуновичей и Овиных с кем-либо из его рода нам не удается;


А предположив происхождение Овиных от Обакуновичей и Твердиславичей, не удается подтвердить реконструкцию землевладениями;


Предположив происхождение Овиных от Григория Юрьевича и Онцыфоровичей, мы входим в противоречие (и то — относительное) лишь с “житийным” документом: среди Мишиничей 14в. сомнительна фигура галичского боярина Ивана Овина. Ни при сравнении землевладений и расп.боярских дворов в самом Новгороде, ни при анализе участия боярских родов в событиях 1475-76г.г. — в версии происхождения Овиных от Мишиничей (Онцыфоровичей) не обнаруживается противоречий.


Учитывая все вышеизложенное, а также наличие среди ближайших потомков Варфоломея Юрьевича боярина Феликса Давыдовича (вероятно, = Феликсу Овину, см.ранее) — на мой взгляд, следует остановиться на версии происхождения Захара и Кузьмы Овиновых от бояр Мишиничей — неревцев Онцыфора Лукича, Юрия Онцыфоровича и Григория Юрьевича (кстати, и редкое имя Феликс в конце 15в. встречается среди родственных Онцыфоровичам бояр Прокшиничей (см.ранее) и бояр Борецких (Никольский Корельский м-рь основан Марфой Борецкой “на гробех Онтона и Филикса” — своих утонувших сыновей).



Итак, круг Овиных — предков Захара и Кузьмы Григорьевичей, по-видимому, необходимо очертить сл.образом


<схема 72>.


К сожалению, мне не удалось найти ни одного прямого подтверждения происхождения Захара и Кузьмы Григорьевичей от Григория Юрьевича, Юрия Онцыфоровича и т.д. Поэтому реконструированная схема “Мишиничи -Онцыфоровичи-Овины” — лишь предположительная.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.