Новгородские бояре Овиновы (продолжение12)


Поиск предков Шепели Овинова


От новгородских бояр Овиных (кроме Авиновых, Григорьевых, Григоровых) происходит один из родов дворян Шепелевых — потомков жителя Кузьмодемьянской улицы боярина Шепели Есифовича Овинова.


Сравн.незадолго до начала первого посадничества Захара Григорьевича, а также после этого, в летописи есть запись о некоем посаднике Есифе Григорьевиче. Я затрудняюсь определить, идет речь о сыне Посахно, либо о сыне какого-то другого Григория (напр., Григория Юрьевича?). Если связывать Шепелю с сыном Посахно, то получается все та же первая версия “Овины-Посахно”, от которой мы по многим причинам отказались


<схема 73А>


Никакого кандидата на место отца Шепели, в случае версии “Овины-Обакуновичи”, в НПК и в летописях не находится. Связь, предположительно установленная мной на основании синодика (через поминаемого племянника Григория Богдановича Мишу Есифовича) — разумеется, ненадежна. Кроме того, она достаточно “напряженна” хронологически: вряд ли может быть родным братом жившего в конце 15в. Шепели Миша Есифович, погибший в 1410г.


<схема 73Б>


В случае же происхождения Овиных от Онцыфоровичей (Мишиничей), Шепелю Есифовича можно попытаться связать с гипотетическим братом Захара и Кузьмы — Есифом Григорьевичем.


<Схема73В>


Но, почти идеально подходящий нам “по времени и по месту” Есиф (в версии “Овины-Онцыфоровичи”) — совладелец Ивана Захарьевича в Двинских землях Есиф Андреянович.


<Схема 73Г>


Нам помогла бы разрешить эти сомнения “древнейшая родословная” дворян Шепелевых, которая освещала бы “легендарный” период истории рода.


Родословная Шепелевых


В ф.210 оп.18 РГАДА поколенной росписи рода Шепелевых нет. Легенда происхождения фамилии описана в обоих фундаментальных трудах по генеалогии русского дворянства — у кн.Долгорукова и г.г.Руммеля и Голубцова; упоминание о предке Шепелевых содержатся в “Бархатной книге” и у кн.Лобанова-Ростовского; но у обоих в качестве прародителя Шепелевых фигурирует выезжий из Литвы в годы княжения Василия Дмитриевича “муж честен Георгий Шель” (см.в “Приложениях). Достоверность этого выезда сомнительна. В Москве Шепелевы появляются только после поражения Новгорода, следовательно — велика вероятность их появления именно из Новгородской державы; а поскольку на московской службе они сразу занимают заметные должности — вероятно, и в Новгороде их предок был не последним лицом.


Поскольку продвинуться вверх по роду Шепели Есифовича нам не удается — перейдем к следующему разделу. А информацию по происходящим от Шепели Овинова Шепелевым, содержащуюся только в НПК, я приведу далее, в разделе “Новгородские Овиновы по материалам Новгородских писцовых книг”.


Итак, теперь предположительная итоговая поколенная роспись предков Овиных может выглядеть следующим образом


<схема 74>


Теперь, после того, как у нас оформились некие “результирующие” поколенные росписи, попробуем проверить правильность реконструкций, сравнив их со списками поминаемых в нескольких сохранившихся новгородских синодиках 14-15в.в.


Первый и самый ранний из этих синодиков — синодик монастыря во имя Рождества Пр.Богородицы на Лисичьей горке кон.14-нач.15в.в. (РГАДА, ф.381 оп1. кн.141).


лл.17>


Синодик Новгородского Лисичского монастыря 14-сер.15в.в.


(подробно о Лисичском монастыре и его синодике — см.далее, в “Приложениях к 1 части”).


К сожалению, “в готовом виде” рода Овиновых в этом синодике нет. Однако, имеется несколько родов, информация о которых для нас достаточно интересна и ценна.


Из поминаемых в синодике, для дальнейшего рассмотрения и анализа, целесообразно выбрать:


1. В первую очередь — рода, которые завершаются именами “Григорий” (возможно, это — отец Захария и Кузьмы Григорьевичей Овиновых?) и Андреян (возм., дед Шепели Есифовича Овинова?). (Захария и Кузьмы Григорьевичей, равно как и Есипа Андреянова, Шепели Есиповича — в синодике сер.15в. быть еще не должно). А также выберем рода, которые имеют в своем начале или середине имя “Феликс” (= наместник Феликс Овинов?). То есть — выбераем рода, члены которых могут быть предками или близкими родственники Овиновых.


2. Во вторую очередь — рода, представители которых неоднократно совладеют землей с Овиновыми в конце 15в. — напр., любые “Мишиничи”, Грузовы, Посахновы и т.д. (то есть, рода, члены которых могут оказаться дальними родственниками Овиновых.


В результате, для дальшейшего анализа оказываются отобраны рода : № 5 (Исака посадника), №6 (Ондреяна Захарьевича), №7 (Ксенофонта), № 9 (без названия, с именем “Феликс”), №34 (Горошковы), № 44 (Грузовы) и, условно — №33 (род Михаила Медовника) — из-за прозвания Медовниковы, (если они же — Медоварцевы, то это тоже “Мишиничи”).


В результате анализа поминальных списков всех этих родов (см. в соотв.разделе “Приложений…”), осталось 3 относительно подходящих нам рода: “род Ксенофонта и Онцыфора”, “род Офимьи жены Горошковой” (что, по-видимому, одно и то же) и “род Исака” (от начальной части которого, возможно, происходит и “род Ксенофонта и Онцыфора”).


Из перечисленных для реконструкции росписи рода Овиновых наиболее важны три рода (остальные также будут разобраны, но в “Приложении…”) Итак,


1 (№7 в синодике, условно назовем его “род Ксенофонта”):


“КСЕНОФОНТА. ФЕДОРА. ИВАНА. ОНСИФОРА. АФАНАСИА. АЛЕКСАНДРА. ГЕОРЬ..?..Я. СЕРГЕЯ. ПЕТРА. ГРИГОРИЯ. ОНДРИЯНА. КУЗМУ…” (все записи — кон.14в., или дописывались позже таким же уставом?).


Половина имен — “лыко в строку”. Великолепный результат! В конце — Григорий и Андриан (правда, последний без предш. “Михаила”), но с предшествующими им Георгием и Онцыфором! Похоже, что это — одна из семей “Онцыфоровичей” почти в полном составе. И выделенные мною Ксенофонт и Федор Ксенофонтов в начале рода тоже укладываются в роспись (оба — неревцы; первый — корреспондент Марка и Давыда Лукина по берестяным грамотам, второй — участник свадебного пира в нач.15в., см.ранее). Но где же отец Онцыфора, Лука Варфоломеевич? Если мы хотим и далее придерживаться той версии, что род Ксенофонта = роду Онцыфора = роду Луки, то должны предположить, что Лука не поминается просто по причине большой “отдаленности” от заказывавших поминовение.


2. (№34 в синодике, род ОФИМЬИ жены ЕСИПА ГОРОШКОВА):


“…Юрья. Тимофия. Ондреяна. Есифа. Олферья. Ивана. Оульяну. Анноу скмн. Александру (поздняя приписка- “Лоукоу”). Александра. Марко скмн. Степана млад. Алексия млад. Ивана млад. Мавуроу млад. Матроуну мл(а)д. Якова млад: (опять полуустав, с красными буквами — или др.род, или след.поколение) Федосью. Исака млад. Оньдреяна скмн. Фетинью скмн. / / / Исака скмн. Семена скмн. Михайла скмн. Дмитрея. Феодора. Орину. Михайлу. Юрья. Григорья. Ориноу. Есифа. (далее — приписка другой рукой — Левонтья. Якова. Афанасиа. скимника гречина. Казсиана инока. Мамелфоу иноку. кня…?.. Федору).” (записи нач.-сер.15в.).


Здесь в начале списка — заведомые “Павшиничи”, род Есифа Андреяновича. В конце же — имена, явно не относящиеся к их роду (кстати, эта связка имен очень похожа на имена из последних поколений “Онцыфоровичей”. А, поскольку (согл.заглавию) в списке должны находиться родственники как Есипа, так и Офимьи — вполне возможно, вторая часть списка и есть ее род (т.е., Офимья — одна из рода “Онцыфоровичей”?) И теперь объясняются совладения Овиновых и Горошковых (Посахно) в конце 15в.: эти имения — части приданого Офимьи?


3.(№5 в синодике, “род Исака”)


…….?…… 1 имя затерто, два след.- МАРКУ. ЛУКУ. ПАРФЕНЬЯ. АНДРОНА. МИХАЙЛА СИДОРА ОСТАФЬЯ ФИЛИ(кс?)А МАРКА ЛВА ДОРОФЕЯ ИЕВА КЮРИЛУ АКИМА ПЕТРА схимн. ДМИТРЕЯ ВАСИЛЬЯ ПАФНОТЬЯ ОНИСИМА иерея ФЕДОРА иерея СЕМЕНА иерея КУЗМУ МИХАИЛУ ИВАНА КОНДРАТА ГАВРИЛА СЕМЕНА ФЕОДОРА ЛУКИАНА ИВАНА ОЛЕКСЕА АНДРЕЯНА ГРИГОРИЯ МОИСИЯ иерея ТЕРЕНТИЯ схимн. ПЕРФУРЬЯ ИОАНА СИДОРА ТАРАСЬЯ ИЕЛЕЗАРА АФАНАСьЯ НИЛА (далее — разные почерка, возможно, продолжение рода Исака, возм — опять “валовый” список ГРИГОРИЯ пресвитера. АРТЕМИЯ пресв. ИВАНА пресв. ФЕДОРА ТРОФИМА АНТОНИА ИОАНА ЯКОВА ФЕОДОРЫ АННЫ МАРТЕМЬЯНЫ…” (записи вначале 14в., затем — нач. и сер.15в.в.).


Я выделил возможных кандидатов на то, чтобы быть “Овиновыми”. Но, если мы предполагаем, что этот Исак — Исак Андреевич Борецкий, то где же имена Андрей, Самсон, Александр, Игнатий, Матвей? И почему тогда, если Григорий — Григорий Юрьевич, его имени не предшествует имя Георгий? Приходится предположить, что этот род, по-видимому, не имеет к Овиновым отношения.


Итак, по данным синодика Лисичского монастыря, касающимся близких к Овиновым родам, мы вправе построить следующие (разумеется, предположительные) родословные схемы:


<схема74А>


Теперь можно попытаться сверить данные по этим родам из Лисичского синодика и данные из Синодика Софийского собора (написанного в 1540г. по приказу архиеп.новгородского Александра списка с т.н. “Харатейного” 1527г.).


(в работе)


<Илл.17соф>


.


.


.


Теперь предыдущую схему можно несколько дополнить:


<схема74Б> (пока нет)


Я считаю, что достаточно надежны (и поэтому могут служить основой для дальнейшей реконструкции) только следующие части этой родословной,


<схема 75>


<схема 76>


Теперь попытаемся дополнить последние поколения этих росписей персоналиями, не фигурирующими в летописях, но упоминаемыми в других источниках (в Новгородских писцовых книгах, актовом материале, синодиках различных храмов и монастырей, в Спиридовских “Записках…” и т.д.).


Овиновы кон.15-го — нач.16 в.в. по материалам других источников:


Актовый материал


Галичские Овины


У “житийного” галичанина боярина Ивана Овина не было сыновей, но была дочь, вышедшая замуж за боярского сына Димитрия Ярцо; их сын Иван (в постриге Иев) Димитриевич Ярцов имел двух сыновей, оба из которых не оставили потомства. По душе инока Иева давал вклад в Паисиев монастырь его дед, боярин Иван Овин (см. “Вкладная книга Успенского Паисиева м-ря”, Столбцы по Галичу, “Акты феодального землевладения”, разл. тексты “Жития прп.Паисия Галичского чудотворца”, выписки из несохранившихся древних Галиских летописей). Имя дочери Ивана Овина в ист.документах нигде не фигурирует, но в местном предании она названа Еленой (труды галичского краеведа 19в. В.Д.Мухина). Обо этом подробно см. в “Приложениях”, в статье “Овины и обитель преподобного Паисия”. Все галичские имения боярина Ивана Овина были пожертвованы им и его наследниками Ярцовыми в Успенский Паисиев м-рь. Судить об имениях Ивана Овина в основных Новгородских пятинах не представляется возможным, поскольку его последние прямые наследники умерли задолго до написания НПК. Возможно, что-то из его бывших имений в основных пятинах перешло в род Григория (Овина?), и далее, Овиновым — вотчинникам конца 15в. (см.НПК).


<схема77>


Итак, 1. Иван Овин “Боголюб”


В конце 14 века боярином Иваном Овиным в его Овиновской слободе, в его ктиторском Никольском монастыре под Галичем был построен храм в честь иконы Пресвятой Богородицы (“Овиновской”).


<Илл.1>


До революции 1917г. мужской Успенский Паисиев Галиский монастырь был действующим, и в 1918г. решением новой власти он был закрыт. В разное время монастырские постройки использовались по-разному (в последние годы перед гибелью СССР здесь была птицефабрика), но с началом перестройки и пр. — так же, как практ. и везде — запустение.


<Илл.1хрру>


Примерно 10 лет назад началось возрождение обители, и сейчас здесь — действующий женский монастырь


<Илл.1хр>


Археол.раскопками установлено место расположения боярского двора и ориентировочные границы бывшей Овиновской слободы, см. в “Приложениях…”.


Расположение прежней Овиновской слободы — вблизи от нынешней Успенской, см.карту окрестностей Галича.


<Илл.18усп>


Построен храм был, вероятно, еще до начала настоятельства в м-ре прп.Паисия Галичского.


<Илл.1па>


Прп Паисий Галичский чудотворец (фрагмент хромолитографии с иконы из ф.ф. Московского комитета по делам духовной цензуры, 1883г.)


<Илл.1пажи>


(1 лист рукописного “Жития прп.Паисия Галичского Чудотворца”, написанного в сер.17в. в стенах монастыря)


Вообще, датировка постройки — спорная. По монастырским источникам и “Житиям…”, написанным (по утверждению автора их) на основании древних Галичских летописей — храм построен “во время державы Великого Князя Московского Димитрия Иоанновича”. Если же следовать версии “извинительной постройки” (см.“Новгородский летописец, т.н.Мышкинской издание) — можно предположить, что храм построен или перестроен в 1398г. — после святотатства новгородского войска во время похода на Двинские, Устюжские и Галичские земли (см. “Овины и обитель прп.Паисия”). Если же следовать канве Овиновской росписи (Овиных как части рода Мишиничей) — вероятнее постройка Успенского храма в честь Овиновской иконы еще до начала княжения Димитрия Иоанновича Донского — при “природных Галичских князьях. В синодике Успенского Паисиева Галичского монастыря род Ивана Овина был записан на вечное поминовение, списки с иконы “Богоматерь Овиновская” сохранились до наших дней.


<Илл.1икбм>


Умер боярин Иван в первой четверти 15в., в монашестве (не наверняка, ибо только согл. “житиям”!),


Жена — ?, дочь Елена (? — имя документально не подтверждено, на основании т.н. “галичских преданий”), замужем за Дмитрием Ярцо, у них сын Иван, принявший постриг в этом же монастыре с именем Иона; он отказал в обитель (ок. 1420г.) большую часть Овиновской вотчины под Галичем (остальные владения Ивана Овина отказаны туда же вкладом ок.1440г. внуком Елены, а его правнуком Дмитрием Ивановичем Ярцовым. (Подробно обо всем этом — в “Приложениях к 1 части”, в ст. “Овины и обитель прп.Паисия”). Кроме того, известно, что Иваном Овиным были сделаны в Паисиев монастырь значительные земельные пожертвования из “дач слободы Овиновской и рыбных ловель на Галичском озере и реке Челсме”, а также вклады денежные и драгоценными предметами . И Паисиев Галичский монастырь после погрома города и обители московскими войсками в 1434 году (уже спустя много лет после смерти вкладчика), вновь отстраивался, в т.ч., и на средства из его вклада. Были проданы “из его вклада… жемчуга, рухлядь и утварь” на 290 рублей, и этого за добавлением вклада Князя Галичского на ремонт хватило).


2 — 1 Елена (?) Ивановна Овина (имя – на основании “Галичских преданий”, документальных подтверждений нет). Единственная дочь боярина Ивана Овина,


Ок. конца 14 в. вышла замуж за Дмитрия Ярцо, у них сын Иван Дмитриевич Ярцов (инок Успенского Галичского м-ря Иона). И Елена, и ее муж умерли ок. 1400г., поскольку в начале 15в. ее отец Иван Овин дает в обитель вклад “по внуку своему сироте Ивану Ярцу”.


Нужно сказать и об упоминаемой во всех совр.справочниках, но никем не виденной “Овиновской Успенской иконе”.


<Илл.1икус>


Вопрос о “первенстве” среди Овиновских икон, о времени основания м-ря и времени строительства в нем Успенского храма — спорный и дост.сложный.


Истории Овиновского монастыря и Овиновских икон посвящена отдельная статья в “Приложении…”.



Двинские Овиновы (86*)


Иван Захарьевич (уже есть в росписи) и некий Есиф Андреянов


(? отец Шепели Овинова? другой Есиф Андреянов?)


Эту последнюю персоналию мы уже обсуждали ранее; вероятнее всего, что речь идет о сыне Андреяна Михайловича (Онцыфорович).


Еще обратимся к “Записке Двинских земель…” 1478 года. В числе прочих земель, которые Лука Строганов “…искал на Есифа Андреянова, что было за ним да за Ивана Зарина…”, упоминаются Княж-остров, Койдокуриа и Ноноксе (Неноксе).


<Илл.19>


Подробных описаний новгородских землевладений, составленных ранее Новгородских писцовых книг, в нашем распоряжении нет. Поэтому землевладения 14-го — середины15-го в.в. можно изучать только по актовому материалу и по упоминаниям о земельных вкладах разных лиц в монастыри.


Согласно Новгородским писцовым книгам, кроме Берденевых, Бабкиных, Лукьяновых, “Казимировых сестричичей” и Овиновых, значительным количеством земель в Обонежской пятине в конце 15 века владеет неревская боярыня Марфа Исакова жена Борецкого (вернемся опять к схеме “Связи новгородских боярских родов”). Значит, кроме все объясняющей версии о наследовании ей этих земель после мужа, потомка бояр Матвеичей — нельзя исключать вероятность того, что эти земли (или часть их) — ее наследственные, от отца, деда и т.д. (Возможно, у Марфы Исаковой жены, являющейся потомком Захария Михайловича по линии “Марфа -?- Афонасий Свекла – Есиф Захарьевич – Захарий Михайлович”, и у Ивана Захарьевича Овинова был какой-то общий предок (посадник Захария Михайлович, как предполагалось ранее?)


<схема 78>.


Но при проверке этого предположения сравнением владений Овиновых и Марфы Исаковой (Борецкой) в Вотской пятине выясняется, что в этой “основной” для неревцев пятине владения Овиновых и Борецких даже не соприкасаются.


Это является достаточным основанием для того, чтобы усомниться в наличии у них близкого общего предка. Следовательно, мы должны по-иному взглянуть на происхождение этих обонежских и двинских владений.


Вероятно, они не явл.частями принадлежавшей их общему предку боярщины, а приобретены (завоеваны?) совместно предком Борецких и предком Овиновых. Другие обонежские соседи Овиновых — Казимировы, Бабкины и Лукьяновы — успешно “прошли проверку” на вероятность родства при сравн.анализе их и Овиновских владений в основных пятинах (см.ранее), а некоторые, подобно Борецким (Исаковым)- нет. (87*)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.