Князь Георгий Евгеньевич Львов

                                                                                                              И. Ю. Соснер
Князь Георгий Евгеньевич Львов


 
      Пожалуй, нет в новейшей истории России события смысл и суть которого были искажены и умышленно фальсифицированы более, чем история русской буржуазной революции 1917-го года. Деятели Февральской революции, потрясшей Россию, стали «проявляться» перед нами лишь недавно, после снятия всей идеологической и политической шелухи советских времен. И среди них таинственно-молчаливая фигура первого демократического премьер-министра, а фактически правителя России – князя Львова. Сменив собою династию Романовых правившую страной 300 лет, Георгий Евгеньевич – природный князь и Рюрикович по рождению остался до сих пор нами не узнанный и непонятый. При жизни он не любил много говорить и выступать, не умел как Керенский «работать» с аудиторией. Его сферою был кропотливый и неустанный труд «в недрах» проблемы; не важно, какой она была на тот момент: чиновный произвол, стихийное бедствие или нашествие врага… Этой статьей отдавая дань памяти замечательному российскому патриоту мы идем по накатанному событийному пути, к сожалению оставляя за бортом те глубинные и мощные внутренние думы и переживания князя, которые были и остаются стержнем «загадочной» русской души…
Родители Георгия Евгеньевича: отец — просвященный алексинский помещик, надворный советник князь Евгений Владимирович Львов и мать Варвара Алексеевна урожденная Мосолова, трогательные в своей любви и идеалах люди, много делали для образования окрестного населения. Писали учебники для начальной школы и книги для детей, которые одобрял и рецензировал Лев Николаевич Толстой, друживший с семьей Львовых. Позже открыли в своем доме школу для крестьянских ребятишек, были попечителями библиотеки в городе Алексин. И все это — несмотря на семейные финансовые  трудности. Имение было разорено и многократно заложено в банке, средства для жизни и образования детей приходилось зарабатывать повседневным трудом. Их трудолюбие передалось детям, и все они стали известными личностями в России начала века.
Старший сын, князь Алексей Евгеньевич (1850-1937), был секретарем Московского Художественного Общества и последним директором Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Его роль в культурной жизни страны, в истории Серебрянного века российской культуры до конца еще не раскрыта. Князь Владимир Евгеньевич (1851-1920), дипломат, чья жизнь также была тесно переплетена с судьбами многих известнейших личностей стал директором Московского Главного архива МИДа. Князь Сергей Евгеньевич (1858-1937) стал крупным предпринимателем, поднимал металлургические заводы и рудники в Пермской губернии. Княжна Мария Евгеньевна (1864-1936) занималась созданием и развитием земских школ, помогая брату Георгию. Вся семья пострадала от «карающего меча революции» — ни один не умер в отчем доме. Кого смерть настигла в изгнании на чужбине, кого в ссылке, а кого убила пуля палача-чекиста…
      Князь Георгий Евгеньевич, младшего из братьев Львовых появился на свет в Германии в 1861 году — семья переехала туда, чтобы дать достойное образование детям. Только в 4 года Георгий Евгеньевич попал в Россию. После Поливановской гимназии князь закончил юридический факультет Московского университета в 1885 году. Вернувшись в обремененное  финансовыми трудностями имение родителей молодой князь активно занялся его восстановлением. Вместе с братом Сергеем им удалось превратить разоренное родовое гнездо во вполне доходное хозяйство. Вскоре Георгий в 1887 году стал гласным Алексинского уездного земства. Затем рьяно работал в Епифанском уездном и позднее в Тульском губернском по крестьянским делам присутствии. В 1893 году в знак протеста против использования воинских команд в борьбе с крестьянскими беспорядками Георгий Евгеньевич вышел из состава губернских чиновников.
Работа в земском движении, стала главным делом князя Львова, 17 лет прослужившего земским начальником и непременным членом по крестьянским делам присутствия в Московской и Тульской губерниях. Георгий в 1903 году был избран председателем Тульской губернской земской управы и за заслуги на этом поприще награжден орденом Св. Станислава 2-й степени. Проблемы народного образования, устройство детских приютов, помощь страдающим от голода крестьянам — вот далеко не полный список повседневных забот и трудов.
Он призывал все здоровые силы русского общества на организацию помощи постадавшим воинам в Русско-Японской войне 1904-1905 годов. В поддежку Российского Красного креста тогда возникла Общеземская Организация помощи больным и раненым воинам. Князь Львов был избран ее главноуполномоченным (от 19-ти земств). В ходе всей этой крайне неудачной для страны военной кампании, работая на фронте, был главным организатором, руководителем и вдохновителем земских санитарных учреждений.
5 мая 1904 года Георгий Евгеньевич лично выехал в Манчжурию, где руководил созданием передвижных медицинских и питательных пунктов, поездов; часто бывая на передовой, отступая вместе с войсками под обстрелом неприятеля. Выдающаяся и бескорыстная деятельность, личное бесстрашие сделали его имя известным в России.
После тяжелого и оскорбительного для империи военного поражения в стране начался необыкновенный подъем общественного движения. Князь Львов был среди тех, кто на земских сьездах и совещаниях вырабатывал тактику корректировки правительственного курса, ратовал за проведение реформ в государстве. В частности он высказывался за создание при Государе законосовещательного представительного органа — Думы. 6 июня 1905 года известные земские деятели направили делегацию к Императору Николаю II, среди них был и князь Львов.
После издания Манифеста от 17 октября 1905 года о даровании свобод, председатель Совета министров граф С. Ю. Витте даже предлагал князю Львову занять пост министра земледелия.
Вскоре Георгий Евгеньевич вступает в ряды конституционно-демократической партии (кадеты) для политической борьбы за государственные реформы. От этой партии он и был выбран депутатом в I-ю Государственную Думу в 1906 году, где старался поменьше выступать с трибуны и побольше работать в разнообразных комитетах. После разгона Думы 200 ее делегатов выехали в Выборг, где после возбужденных совещаний подписали зажигательное воззвание к народу. Князь Львов — единственный — его не подписал: не считал нужным ввергать страну в анархию гражданского неповиновения. Позднее, не сойдясь во взглядах с направленностью новых действий партии, отходит от нее.
Надо заметить, это был человек быстрых решений. Устранившись после роспуска I-й Государственной Думы от всякой политической деятельности,  занялся изучением продовольственного и переселенческого вопроса в стране. Во главе отряда из 140 сотрудников лично изучал как обстоят дела у переселенцев на Дальнем Востоке и в Амурском крае. А в 1909 году предпринял поездку в Канаду, где знакомился с бытом русских переселенцев-духоборов. Пересек Америку от Атлантического океана до Тихого, составил обширные докладные доклады, заставившие наконец правительство России обратить внимание на проблемы переселенцев в стране.
Добиваясь своего Георгий Евгеньевич бывал необыкновенно упорен. Обстоятельную записку по материалам своей эскпедиции 1910 году о необходимости создания в Перьми высшего учебного заведения ему очень долго не удавалось передать в руки министру народного просвящения Кассо, который укланялся от встречи. Наконец князь Львов буквально настиг члена правительства в министерском лифте, и Кассо вынужден был принять документ для решения…
Поразившие значительные области России неурожаи 1906, 1907, 1910 и 1911 годов привели к самому настоящему государственному бедствию. Нужно было срочно помогать умирающим от голода людям. Общеземская Организация занималась продовольственной помощью под непосредственным руководством князя Львова. И все в России знали, что лучше никто с этой проблемой не справиться. Теперь другой председатель Совета министров — П. А. Столыпин приглашал популярного деятеля в правительство. Но выдвинутые вместе с Д. Н. Шиповым условия —  демократизация правительства и Думы — оказались неприемлимыми для властей…
Имя князя Львова к тому времени прочно вошло в число самых прогрессивных и перспективных общественных деятелей России. Исключительные способности организатора и практического деятеля, умение объединить и воодушевить людей, неутомимая энегрия и работоспособность, вера в русского человека и Россию привлекали многих. В начале 1913 года он был избран кандидатом на должность московского городского головы, потеснив многолетнего руководителя города Н. И. Гучкова. Но уже наступил 1914 год — началась мировая война. Земские организации создали Всероссийский Земский Союз помощи больным и раненым воинам (ВЗС) , и, конечно, главноуполномоченным его выбрали князя Львова.
Координация деятельности по формированию, оснащению санитарных и эвакуационных поездов, заготовка хирургических инструментов, лекарств и перевязочных средств, подбор медицинского персонала, организация госпиталей и складов — вот далеко не полный список ежедневных трудов главноуполномоченного. Псоле объединения в 1915 году общественных организаций Земского и Городского союзов в Земгор Георгий Евгеньевич возглавил и эту организацию. И к 1916 году российское хозяйство и промышленность смогли оказывать реальную помощь Действующей армии и флоту.
В эти годы князь Львов уже рассматривался значительной частью российского общества как очевидный кандидат на пост премьер-министра в случае радикальных перемен в стране. Его кандидатуру тогда поддержали и уходящая императорская власть в лице Государя Николая II, и вся демократическая часть России, и действующая армия.
Тем более что он тогда занимал крайне оппозиционную позицию в отношении существующего правительства, доказавшего свою полную неспособность управлять страной в дни военных неудач. И после победы Февральской революции князь Георгий Евгеньевич со 2 марта 1917 года возглавил Временное правительство. Во Временном правительстве Георгий Евгеньевич занимал две должности — министра-председателя и министра внутренних дел. Но уже 7 июля 1917 года князь подал в отставку, посчитав неприемлимой для себя новую популисткую программу кабинета министров. В дальнейшем Временное правительство до самого Октябрьского переворота 7 ноября 1917 года возглавлял Александр Федорович Керенский.
Князь Георгий Евгеньевич пытаясь удержать страну над бездной, куда историей ей суждено было пасть. Он пытался не втягиваться ни в чьи интересы, раздиравшие Россию, и очень быстро приобрел множество недоброжелателей и врагов. Будучи всю свою жизнь человеком долга, видел себя главой правительства временного, обязанного привести страну к Всероссийскому земскому собору, который один вправе решить судьбу России… Но в условиях революционного хаоса и буйства на первый план выходили уже иные силы и люди. Временное правительство во главе с князем Львовым, по нынешним современным меркам, было слабым, нерешительным, даже безвольным. Эти люди, искренне жаждавшие перемен, стремившиеся к ним, просто не понимали, какие силы побудили. Не понимали, что настали времена большой крови, миллионов жертв. Они были из времени, которое уже исчезло за горизонтом истории…
Напряженнейшая работа и изнурительная политическая борьба совершенно истощили силы Георгия Евгеньевича. Осенью 1917 года князь покинул Москву и выехал в Сибирь, которую всегда считал краем безграничных хозяйственных возможностей. Хотел заняться тем, что умел лучше всего, — конкретным делом, а не бороться с политическими противникеми. Вместе с товарищами по прежней деятельности в Земгоре Н. С. Лопухиным и князем А. В. Голицыным приехали в Тюмень, где и начал подыскивать новое поле деятельности.
Весной сюда в Тюмени появились красные матросы — “краса и гордость революции. Начали революционеры устройство новой жизни со сбора  контрибуции и грабежей, а закончили арестами и расстрелами заложников. Арестованных земских деятелей неделю везли на поезде в распоряжение областного ЧК и на каждой станции показательно выводили к толпам зевак.
В Екатеринбурге поместили в тюрьму, которая были уже переполнена. Совсем неподалеку, в печально знаменитом Ипатьевском доме, томилась семья последнего российского императора… Какая ирония судьбы!
Князю Львову, как и другим, вменяли в вину контреволюционную деятельность, подготовку заговора, с целью освобождения царской семьи. В Москве родственники «тюремных сидельцев» сумели пробиться в Наркомат юстиции и даже во ВЦИК, лично к Якову Свердлову.
Из Москвы последовали строгие телеграммы: «Примите срочные решительные меры отмены произвольного ареста морским карательным отрядом в Тюмени Львова, Голицына, Лопухина…». Но уральским комиссарам никак не хотелось упускать из своих рук «крупную добычу». И лишь когда в Екатербург пришел личный запрос председателя революционного правительства Свердлова, их неохотно выпустили… Повезло. Еще бы несколько дней… Перед отступлением из Екатеринбурга революционеры устроили буквально кровавую вакханалию, убивая в тюрьмах арестованных, спуская их живыми в реку. Так закончился один из первых актов гражданской войны — большевики были разбиты. Надо сказать, что Георгий Евгеньевич потом не любил рассказывать о заступничестве большевистских вождей.
Князь Львов покинул Россию с полномочиями от Государственного совещания в сентябре 1918 года. Америка, затем Европа…
Сотни тысяч беженцев из Советской России, рассеянные по всему миру, нуждались буквально во всем. В 1921 году в Париже начал работать  «Российский Земгор». Конечно под руководством князя Георгия Евгеньевича Львова. По всей Европе, от Балкан до Франции были созданы сотни русских школ, амбулатории, больницы, дома для престарелых. Представители Земгора появлялись даже на заводах, где трудились русские люди, чтобы защитить их права. Созданные Львовым фонды помощи русской эмиграции продолжают работать и сегодня, спустя много лет после его смерти в 1925 году.  
Имя человек, который до своих последних дней не оставлял многомаштабной и действенной практической работы по оказанию помощи своему народу, оказавшемуся в изгнании, в нашей стране десятилетиями всячески замалчивалось. В энциклопедических изданиях советского времени он именуется не иначе как «организатор июльского расстрела», «масон», «крупный помещик». Увы, чуть не тоже пишут о нем и сегодня. Все больше напирая на ошибки Временного правительства, на его беспомощность… Несколько месяцев 1917 года полностью заслонили от наших взоров 30-летнюю плодотворную земскую и общественную деятельность князя Львова на благо страны. Деятельность, которая – не будь она прервана историческим катаклизмом – обещала расцвет гражданского общества в России. Того самого, что мы так мучительно ищем сегодня. Погребенный на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем прах князя Львова покоится под скромной мраморной семейной плитой среди бесчисленного множества русских могил.
      В мае 2003 года в Тульской области в городе Алексин у здания городской администрации был открыт памятник 32-му премьер-министру России князю Георгию Евгеньевичу Львову, что сделал и подарил городу московский скульптор Илья Соснер. Изготовляли же памятник всем миром – на народные деньги. А двумя годами ранее — в 2001 году, здесь прошла региональная конференция, посвященная 140-летию князя Львова. Называлась она — «Местное самоуправление: традиции и современность». Все три дня, отложив иные дела, председательствовал мэр города А. Ф. Ермошин, без энергии и решительного напора которого и его команды эти события вряд-ли произошли.
После открытия земской выставки в краеведческом музее, гости побывали в имении князей Львовых в селе Поповка. Отслужив молебен в память о нем, вместе с сельчанами открыли первый в России памятный знака. Был концерт местных талантов. Звучали народные песни, блистали деревенские  девочки-балерины, исполнявшие Сен-Санса и Дебюсси в одноэтажном отремонтированном клубе среди бескрайних российских полей. И подумалось: может, несмотря ни на что, не прервались духовные нити, идущие от ушедшей эпохи, от необыкновенно привлекательной личности из рода князей Львовых? Не просто связующие нас с прошлым, а дающие надежду на достойное будущее.
 
                       
Источники:


ГАТО — Ф.121.;  РГИА — Ф.1099.;  ЦГИАМ — Ф.4.;  ОПИ ГИМ — Ф.229.;


Литература:


Приамурье. Сборник материалов. М.1909 г.
Кн. Львов Г. Е. Поездка в Канаду и Соединенные Штаты для ознакомления с
     английской системой колонизации. Краткое предварительное сообщение,
     приложение к докладу.
Записка уполномоченного Пермского городского управления кн. Г. Е. Львова
     по вопросу об открытии высшего технического учебного заведения в
     Северо-Восточной части России. Москва. 1911 г.
Политические деятели России 1917 г. Биографический словарь. Москва. БРЭ.
     1993 г.
Кн. Львов Г. Е. Воспоминания. Москва. Русский путь. 1998 г.
Пушкарева И. М. Г. Е. Львов. Отечественная история. Т.3. С.409-410. М.
     2000 г.
Полнер Т. И. Жизненный путь князя Г. Е. Львова. Москва. Русский путь.
     2001 г.
Плотников И. Ф. Тюремные и угрожающие жизни дни и месяцы кн. Г. Е.
     Львова. Алексин. 2001 г.


 


 



Соснер Илья Юрьевич (Москва) – скульптор, член МОСХа; сотрудник РГАДА; 
                                                           генеалог рода князей Львовых



sosner@mail.ru



 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.