Ведерниковы в Реже

Автор: Сергей Владимирович Трофимов
Опубл.: Уральский родовед. Екатеринбург, 1998. Вып. 3. С. 51-57


                   ВЕДЕРНИКОВЫ В РЕЖЕ


    Город Реж — один из малых городов Урала с типичной ураль-
ской судьбой города-завода.  Режевской чугуноплавильный и же-
лезоделательный завод заложен в 1773, пущен в 1774 г.[1]  Ос-
нователем  и  первым владельцем завода  был знаменитый  Савва
Яковлев (он же Собакин) *1712 +1784, некогда мещанин гор. Ос-
ташкова, сколотивший на откупах огромное состояние. В 1762 г. 
Яковлев был произведен в коллежские асессоры[2],  и с 1766 г.
начинает активно приобретать  в собственность уральские заво-
ды.  Особенно значительной стала его покупка в 1769 г.  шести
заводов Прокопия Акинфиевича Демидова:  Невьянского,  Верхне-
Тагильского, Быньговского, Шуралинского, Шайтанского и  Верх-
Нейвинского.  Заводы были проданы Яковлеву  вместе  с землей,
лесами, рудными богатствами и людьми за 800 тысяч рублей, что
превышало их общую стоимость в 4,5 раза[3]. Именно эти старые
демидовские предприятия  поставляли рабочие кадры вновь выст-
роенным заводам Яковлева.
    Всего Саввой Яковлевым  было построено  шесть заводов[4].
Среди них и Режевской,  возникший в 100 верстах к северо-вос-
току от Екатеринбурга у подножия Орловой горы на реке Реж.
    Металлургические заводы  Урала  второй половины  XVIII в.
представляли из себя  крупные централизованные мануфактуры со
сложным технологическим процессом.  Обслуживание  таких пред-
приятий требовало  значительного  количества людей:  от 50 до
300 цеховых работников  на каждом.  Кроме  постоянных цеховых
работников заводам  нужны были рудокопы, дровосеки, углежоги,
плотники, каменщики и т. д.  На наиболее крупных предприятиях
численность  вспомогательных работников  достигала нескольких
сотен человек[5].
    Режевской з-д уже в первые годы своего существования ста-
новится довольно мощным,  по тем временам,  предприятием.  По
выплавке чугуна  в 1780 г.  завод  занимал второе место среди
всех доменных предприятий Яковлевых, уступая лишь старому Не-
вьянскому з-ду[6].  При одной домне действовало 8 молотов[7].
В 1772 г. академик И. И. Лепехин  писал об уральских заводах:
«При ковке железа у каждого молота определяются по 12 человек
в сутки,  из которых 6 человек в работе обретаются, а 6 отды-
хают.  В числе их 2 мастера и 2 подмастерья и 2 работника при
2 горнах на 1 молот»[8].  Таким образом,  для обеспечения не-
прерывной работы 8 молотов Режевского з-да требовалось приме-
нение труда 96 человек.
    Рассматривая вопрос  о формировании и численности населе-
ния Режевского з-да, автор использовал два основных источника:
    1. «Ведомость  о ревизских душах Режевского з-да  за 1788
г.»[9]
    2. Ревизская сказка Режевского з-да, 26 июня 1795 г.[10]
    Ревизские сказки  составлялись с целью учета налогоплате-
льщиков.  Подушная  форма  налогообложения требовала  строгой
фиксации всех родившихся,  умерших или выбывших по каким-либо
причинам.  Материалы первой  для Режевского з-да ревизии пока
обнаружить не удалось.  Оба вышеназванных источника  содержат
ссылки на эту ревизию, состоявшуюся в 1782 г.
    Согласно ревизии 1782 г. 146 человек  входило в категорию
активного рабочего возраста,  т. е.  от 12 до 47 лет[11].  Из
них «при действии молотовых фабрик» было занято 2 уставщиков,
21 молотовых мастеров,  11 подмастерьев  и  9 работников[12],
всего 43 человека. Сравнивая эти данные со сведениями Лепехи-
на,  нетрудно прийти к выводу  о существовании дополнительных


                                                           51

источников формирования рабочих кадров,  не связанных с реви-
зией Режевского з-да 1782 г.
    И действительно, особенно в первые годы существования за-
вода,  дефицит рабочих рук частично устранялся за счет присы-
лаемых на какое-то время  работников из других заводов обшир-
ного яковлевского хозяйства[13].
    Трудно сказать, когда первый представитель уральского ро-
да Ведерниковых  появился  в Режевском з-де.  Сын крепостного
мастерового  Петра Павлова сына  Ведерникова  (*1718  +10.01.
1800),  Нефед Петров сын Ведерников (*1759 +1799), начал обу-
чаться кричному мастерству  в родном Быньговском з-де.  Тут и
женился  на дочери вечноотданного  Марине Максимовой.  Тут же
при Быньговском з-де был «положен в подушный оклад» в 1782 г.
А в 1787 г. уже находим его с семейством из 4 человек молото-
вым подмастерьем среди «по раздельному господами плану назна-
ченных при оном Режевском заводе»[14]. С тех пор судьба Веде-
рниковых, рядовой крепостной семьи, на долгие годы тесно свя-
зана с историей рядового уральского завода.
    «Раздельный план» включал в себя условия раздела имущест-
ва Саввы Яковлева,  умершего в 1784 г.  владельцем 22 заводов
[15].  Юридически раздел был оформлен именным указом императ-
рицы 27 июля 1787 г.[16] После выделения вдове седьмой части,
все имущество было разделено на четыре доли: Невьянскую, Яро-
славскую и Верх-Исетскую. Верх-Исетская часть в составе Верх-
Исетского, Режевского, Холуницкого  и  Климковского з-дов,  а
также Великосельской бумажной фабрики с 2616 «душами» крепос-
тных досталась Ивану Саввичу Яковлеву.  Невьянский и Быньгов-
ский з-ды вошли в Невьянскую часть,  доставшуюся Петру Савви-
чу.  Самая крупная  по численности населения,  она включала в
себя 4329 крепостных.  Алапаевскую часть  с  1843 крепостными
получил Сергей Саввич Яковлев[17].
    В 1788 г.  И. С. Яковлев купил у своей матери все отошед-
шие ей  по  разделу заводы:  Шуралинский,  Верхне-Тагильский,
Верх-Нейвинский,  Шайтанский,  Сылвенский  и Уткинский[18]  с
2278 душами крепостных[19].  Таким образом  он сосредоточил в
своих руках большую часть уральских заводов отца.
    Так вершились судьбы сотен людей.  Тяжела была жизнь кре-
постного заводского жителя,  казалось,  навеки прикованного к
цеховым горнам и молотам.  Родоначальник Ведерниковых  в Реже
так  и не встретил зарю  века Освобождения — он умер  в самом
конце XVIII в., прожив всего около сорока лет.
    Мефодий (Нефед) Ведерников оставил 3 сыновей. Старший ше-
стнадцатилетний Григорий уже около 3-х лет выполнял «поденные
при заводе работы»[20] — так начинался  трудовой путь  любого
работника. Среднему сыну Меркурию минуло семь лет. Теперь они
остались круглыми сиротами — их мать умерла еще при жизни от-
ца. Отец тогда женился во второй раз. Молодая жена Ефимия Аб-
бакумова родила Нефеду сына Петра. Она осталась вдовой, когда
мальчику не исполнилось и двух лет.
    Старший и младший братья  оставили после себя потомство и
дали начало двум разветвлениям рода,  существующим в Реже  до
сих пор. Средний брат был бездетным.  Скудное отражение судеб 
трех этих братьев  донесли до нас формулярные списки.  Тем не
менее, из всех видов массовых источников формулярные или пос-
лужные списки являются наиболее информативными. Они учитывают
следующие моменты:  1) имя и возраст; 2) время и место вступ-
ления в службу;  3) изменения по службе  в течении жизни;  4)
наказания и штрафы;  5) оклад или  поденная,  сдельная оплата
труда;  6) семейное положение;  7) число детей,  их возраст и
занятия.


52

    Автором выявлены и просмотрены формулярные списки «масте-
ровых и работных людей»  Режевского з-да за 1830, 1831, 1837,
1847 и 1853-54 гг.  Недостатки этих источников обнаруживаются
при их сопоставлении. Разные формулярные списки указывают ра-
зные  даты и сроки  для одних и тех же  событий и должностей.
Поэтому интерпретация  полученных сведений  не претендует  на
точность датировок.
    Поворот в жизни братьев Ведерниковых произошел около 1805
г. Григорий и Меркурий были определены в Верх-Исетский з-д, а
маленький Петр  остался  с матерью.  Ефимия Аббакумова теперь
воспитывала двух сыновей:  около 1804 г. у шестилетнего Петра
появился незаконнорожденный брат Павел.
    Верх-Исетский з-д стал центром горного округа, официально
созданного наряду с другими  в 1807 г.  Горнозаводские центры
отличались  от рядовых поселений  своеобразным «двоевластием»
в управлении, имея отдельные для завода и округа конторы[21].
Управление Верх-Исетским горным округом  осуществлялось Глав-
ным Верх-Исетским заводским правлением.  Управляющим в первой
четверти XIX в. был  Григорий Зотов.  Человек практичный, сам
выходец  из кричных мастеров,  он имел опыт  во всех отраслях
горного дела[22].
    Именно у него «на услугах»  при господском доме оказались
Григорий и Меркурий Ведерниковы[23]. В господских домах часто
принимали знатных путешественников.  В сентябре 1824 г. Верх-
Исетский з-д посетил  сам император Александр I,  совершавший
поездку по Уралу. Восхищенный  устройством завода, царь выра-
зил желание  лично видеть Зотова  и долго с ним разговаривал.
«В продолжении одного часа я узнал от Зотова гораздо больше о
положении  здешнего горного производства,  нежели  во все мое
путешествие по Уралу», — заметил государь при прощании с ека-
теринбургским горным начальством[24].
    Не исключено, что Меркурий Нефедов Ведерников видел царя,
Григорий же к тому времени уже покинул завод. Отработав 6 лет
в Калатинских медных рудниках, он, наконец, вернулся в Режев-
ской з-д.  Не обученный мастерству, Григорий Ведерников зара-
батывал на содержание своего семейства поденными работами,  а
под старость  стал заводским караульщиком.  Умер он вдовцом в
возрасте 64 лет.
    Иначе сложилась судьба Меркурия Нефедова. Он тоже вернул-
ся в родной завод  и тоже выполнял различные поденные работы,
но не долго.  Вскоре  он был назначен  приставом  при золотых
промыслах, а еще через год — служителем  по куренной и лесной
части.  Еще в Верх-Исетском з-де  он женился на Елене Семено-
вой,  дочери вдовы Вассы Аврамовой,  но детей от нее не имел.
Вместе они  встретили свою старость.  Меркурий пережил своего
брата на 15 лет и был свидетелем падения крепостного права.
    Третий брат — Петр Нефедов Ведерников,  воспитанный мате-
рью, «вступил в службу» в 1811 г. Начинал он «при тяге прово-
локи». Когда в 1819 г. при Верх-Исетских з-дах открылась раз-
работка золота[25], он в числе прочих был направлен на приис-
ки  в  качестве промывальщика.  В дальнейшем  судьба его была
связана с раскатной фабрикой завода.  Петр — единственный  из
трех сыновей  молотового подмастерья Мефодия Петрова Ведерни-
кова,  кто был непосредственно связан с заводским производст-
вом.
    Производство Режевского з-да в начале XIX в.  заключалось
в выплавке чугуна из руд, отливке разных мелких вещей, выков-
ке железа разных сортов. В заводе действовало  несколько фаб-
рик: доменная с 1 горном, 2 кричные с 12 действующими молота-
ми, раскатная,  где на двух машинах прокатывалось дощатое же-


                                                           53

лезо.  Для выковки гвоздей была устроена гвоздильная фабрика.
Для заводских нужд  распиливали лес  на лесопильной мельнице,
существовала печь для обжига кирпича.  Заводу принадлежало 10
рудников,  самый дальний из которых находился в 12 верстах от
завода[26]. Когда в округе открылась разработка золота, в Ре-
же возникла золотопромышленная фабрика.
    В 1835 г. в журнале «Горное дело»  была напечатана статья
поручика Иоссы. Автор давал высокую оценку режевскому металлу
и,  между прочим,  писал:  «Листовому железу Нижне-Тагильских
заводов, отлично мягкому, несмотря на все старания,  не могут
придать такого вида, какой имеет режевское»[27]. Превосходное
качество  режевского металла  было отмечено  на международной
выставке в Париже.
    Почти два десятилетия в раскатной фабрике «у обрезки лис-
тового железа»  трудился Василий Григорьев Ведерников — стар-
ший представитель третьего поколения рода. В 1830 г. он жени-
лся на Ульяне Терентьевой Рычковой, дочери гос. кр-на из дер.
Кочневой Глинского прихода.  Жители Режевского з-да  до пост-
ройки своего храма  так же были приписаны к приходу Николаев-
ской церкви Глинского села.
    В 1826 г. при особом старании  заводского приказчика Яко-
ва Сергеева Козлова  на  крутой возвышенности  правого берега
реки Реж возникла церковь. И через четыре года Иоанно-Предте-
ченский храм был освящен[28].  Венчание Василия Ведерникова с
Ульяной Рычковой состоялось здесь  одно из первых.  Жениху не
было и 20 лет,  невеста — на два года младше.  Ранние  браки,
обычные в среде крестьян и мастеровых,  вели к созданию боль-
ших,  многодетных семей.  Росло население завода.  По ревизии
1858 г. в Режевском з-де насчитывалось  1900 жителей мужского
пола  и  2141 — женского[29].  Подавляющее большинство из них
составляли крепостные,  принадлежащие заводу.  Кроме того,  в
заводском поселке проживало  несколько семей гос. мастеровых,
состоящих по ревизии  при Верх-Исетском з-де,  а также не уч-
тенные в переписях вольнонаемные люди.
    Режевской приход,  ставший самостоятельным в 1850 г., за-
метно расширился:  в него  была включена  дер. Кочнева.  А 26
сентября 1860 г. был освящен  новый Богоявленский храм, пост-
ройка которого продолжалась 13 лет[30]. Метрические книги Ре-
жевской Богоявленской церкви  дают  некоторое представление о
динамике рода Ведерниковых во второй половине XIX — начале XX
вв. В этот период 20 мужчин — членов рода  впервые вступили в
брак, образовав собственные семьи. Из них только представите-
ли четвертого поколения — дети Василия Григорьева Ведерникова 
и двух его двоюродных братьев — возглавили десять новых семей
[31].
    Как уже отмечалось, семьи были многодетными. В каждой се-
мье рождалось  по 10-15 детей,  но процент детской смертности
оставался высоким. Так из 13 известных нам детей Василия Гри-
горьева Ведерникова шестеро умерло в возрасте до года. Четве-
ро из 10 детей его сына Ивана не прожили и 5 лет.  Другой сын
Василия Григорьева — Василий Васильев Ведерников, по воспоми-
наниям правнучки, имел 18 детей.  На основании архивных доку-
ментов установлено лишь 15 его детей, из них четверо не дожи-
ли до года.
    Несмотря на все трудности,  Василий Васильев Ведерников с
женой Акулиной Тарасовой вырастили 8 сыновей,  давших продол-
жение роду. К началу ХХ в. они почти все обзавелись собствен-
ными семьями, кто-то и вовсе покинул Реж,  но дорогу к отчему
дому не забыли. Братья Ведерниковы часто собирались все вмес-
те,  вспоминая минувшие годы.  С большим уважением относились


54

они к отцу, почтительно называя его «родителем»[32].  Василий
Ведерников умер в 1913 г.  Каменный памятник  над его могилой
на режевском кладбище стоит до сих пор.
    В начале ХХ в.  на Урале разразился экономический кризис,
особенно тяжело сказавшийся на Режевском з-де.  Металлургиче-
ский з-д начал быстро сокращать выпуск продукции. Работы всем
не хватало,  у администрации завода не было денег, чтобы рас-
плачиваться с рабочими.  Некоторые рабочие, доведенные безра-
ботицей и нуждой до отчаяния, кончали жизнь самоубийством[33].
11 февраля 1911 г. закрылось все железоделательное производс-
тво.  Более 1000 рабочих с семьями остались без работы[34]. В
поисках заработка рабочие покидали Реж или занялись  сельским
хозяйством и кустарными промыслами.
    Еще  в 1905 — 1906 гг.  в заводском поселке насчитывалось
14 кузнечных кустарных мастерских[35]. Кузницы были мелкими —
в каждой лишь по два работника, часто члены семьи мастера[36].
В одной из таких кузниц  на берегу речки Талицы,  впадающей в
Режевской пруд,  ковал внук Василия Григорьева  Ведерникова —
Александр Иванович.
    Работы в кузнице начинались с 4 часов, а иногда с 3 и да-
же с 2 часов утра, а заканчивались в 4-5, редко в 6 часов ве-
чера[37]. Александр Иванович Ведерников славился своим масте-
рством не только в заводском поселке, но и в окрестных дерев-
нях, куда выезжал на заработки.  В Режевском з-де большинство
кузнецов посвящали промыслу  по 41-45 недель  в году.  Кто-то
из-за недостатка материалов и отсутствия сбыта работал значи-
тельно меньше — по 6, а то и по 3-4 месяца в году[38].  Алек-
сандр Иванович  и в преклонном возрасте  работу не оставлял —
из кузницы по полгода не выходил.  «Крепыш был старичок», — с
гордостью вспоминал о нем любимый внук — Александр Михайлович
Ведерников (*1913 +1996), дед автора настоящей статьи.
    Воспоминания стариков нередко носят характер семейных ле-
генд и преданий. Эти рассказы трудно подтвердить или опровер-
гнуть документально — они изобилуют подробностями жизни наших
предков,  сведениями об их привычках,  характере и поступках,
т. е. содержат частную информацию, не фиксируемую официальны-
ми документами. Конечно, воспоминания отдельных лиц не всегда
точно и полно отражают картину прошлого.  Но часто, из-за от-
сутствия архивных документов, именно семейные предания стано-
вятся единственным источником наших знаний о том или ином со-
бытии в жизни семьи и рода.
    В роду Ведерниковых в каждой семье бытуют свои рассказы о
судьбе дедов и прадедов  в смутные годы  революции и граждан-
ской войны.  В марте 1918 г. в Режевском з-де был сформирован
отряд красноармейцев-добровольцев. В числе 120 режевлян всту-
пил в Красную Армию и Ефим — сын Василия Васильева Ведернико-
ва. Это подразделение получило название «пятой сотни». В Ека-
теринбурге сотня влилась в 1-й Уральский стрелковый полк, на-
правленный на Южный Урал для борьбы с войсками казачьего ата-
мана Дутова[39].
    В июне 1918 г.  отряды  Красной Армии,  сосредоточенные в
районе Оренбурга,  были отрезаны от Среднего Урала — обширные
территории вдоль Сибирской железной дороги  оказались в руках
восставшего чехословацкого корпуса, силы которого вели насту-
пление в глубь Урала по направлению к Екатеринбургу.
    Советские отряды  по своей структуре и характеру действий
напоминали партизанские.  Под командованием В. К. Блюхера они
были объединены в Сводный Уральский отряд и совершили беспри-
мерный рейд по тылам противника,  продолжавшийся свыше двух с
половиной месяцев[40]. Вместе с соединением Блюхера  прорыва-


                                                           55

лись на север и бойцы пятой сотни. Ефим Васильевич Ведерников
прошел полуторатысячекилометровый путь до конца.  14 сентября
1918 г. Сводный Уральский отряд соединился в районе Кунгура с
частями 3-й армии. Он влился в 4-ю Уральскую стрелковую диви-
зию, а пятая сотня стала пятой ротой[41].
    Героизм и мужество Ефима Ведерникова нашли свое отражение
в семейном предании. Его внучка Зоя Георгиевна Миронова вспо-
минала,  как во время гражданской войны  белые увезли из Режа
ее мать, тогда еще девочку лет семи или восьми. Об этом узнал
дед-партизан.  С небольшим отрядом товарищей  примчался он  в
Екатеринбург, занятый белогвардейцами,  и освободил маленькую
пленницу, ведь она была его единственной дочерью.
    В рядах красных партизан воевали и два старших брата Ефи-
ма Васильевича — Степан и Дмитрий.  В  конце весны 1918 г.  в
Реже был сформирован еще один отряд добровольцев, влившийся в
3-й Екатеринбургский полк[42].  Среди бойцов отряда — Евгений
Павлович Ведерников, режевской кузнец, состязавшийся в масте-
рстве с дядей Александром Ивановичем и его сыновьями. В одном
из боев Е. П. Ведерников был ранен — война отняла у него зре-
ние.
    Старший сын  кузнеца Александра Ивановича  в  гражданской
войне не участвовал.  Вернувшись в Реж с фронтов Первой миро-
вой войны,  Михаил Александрович  Ведерников,  поддавшись  на
уговоры родственников, перебрался с женой и пятилетним сыниш-
кой — дедом  автора этих строк — на Черемшанские угольные ко-
пи, что недалеко от Егоршино, там он нашел работу на электро-
станции.
    По словам деда, его родители оставили в Реже все имущест-
во, надеясь в скором времени вернуться.  Взяли только необхо-
димый всюду самовар.
    Тем временем на Урале началась гражданская война. 25 июля
1918 г. белогвардейцы  заняли Екатеринбург и вели наступление
вдоль железной дороги Екатеринбург-Егоршино. Бои приближались
к Режу. Начался артиллерийский обстрел поселка, пожар охватил
Осиновскую, Козловскую  и другие улицы.  Сгорело дотла 80 до-
мов[43],  в том числе и дом Ф. Е. Абызова,  тестя Михаила Ве-
дерникова, умершего еще в 1912 г. от чахотки.  Вместе с домом
сгорело и все имущество Ведерниковых,  нажитое Михаилом Алек-
сандровичем и Афанасией Федоровной за 15 лет их семейной жиз-
ни. А единственную корову зарезали белые.  Но еще более тяже-
лые испытания ждали семью впереди… Через три года М. А. Ве-
дерников был арестован. Подозреваемый в причастности к убийс-
тву трех горных техников, в действительности он не имел ника-
кого отношения к этому преступлению. Михаил Александрович да-
же  не был осужден.  По воспоминаниям родственников,  он умер
больным  в Екатеринбургской  тюрьме,  пополнив ряды  невинных
жертв жестокого и кровавого времени.
    История рода Ведерниковых продолжается. Потомки режевских
мастеровых теперь живут в разных городах:  в Москве, Калинин-
граде, Екатеринбурге, Первоуральске,  но большинство, конечно
же, — в Реже. Среди них нет людей особенно выдающихся или та-
ких,  которые интересны историкам уже в силу своего происхож-
дения.  Судьбы  простых труженников  заслуживают  не меньшего
внимания. История жизни этих людей — это не только история их
родного города, но и всей нашей огромной России.


    Автор выражает благодарность  краеведу Геннадию Ивановичу
Королеву и директору Режевского краеведческого музея Владими-
ру Васильевичу Токареву за предоставленные материалы, исполь-
зованные при составлении родословной росписи.


56

    ————-
    1. Павленко Н. И.  Заводы и заводовладельцы.  М., 1962.  С.
253.
    2. Онучин А. Н.  Гербы дворянских родов  Пермской губернии.
Календари на 1992-1997 гг.
    3. Струмилин С. Г.  История черной металлургии в СССР.  М.,
1954. Т.1. С.254.
    4. Павленко Н. И. Указ. соч. С.255.
    5. Черкасова А. С. Некоторые проблемы ранней истории проле-
тариата России  //  Развитие  промышленности  и рабочего класса
горнозаводского Урала в досоветский период. Св., 1982. С.12.
    6. Струмилин С.Г. Указ. соч. С.474.
    7. Там же.
    8. Цит. по: Струмилин С. Г. Указ. соч. С.123.
    9. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.937.
    10. ГАСО. Ф.179. Оп.1. Д.4.
    11. По подсчетам автора.
    12. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.937. Л.16.
    13. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.17. Л.27: Сообщение из режевской…
заводской конторы в Верх-Исетскую… контору от 19.12.1782 г.
    14. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.937. Л.34 об.
    15. Павленко Н. И. Указ. соч. С.255.
    16. ГАСО. Ф.179. Оп.1. Д.3. Л.155 об.
    17. Павленко Н. И. Указ. соч. С.257.
    18. ГАСО. Ф.72. Оп.1. Т.1.  Историческая  справка  к описи.
Л.2.
    19. Павленко Н. И. Указ. соч. С.257.
    20. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.951.  Формулярный список служащих и
мастеровых людей Режевского завода за 1831 год. Л.140 об.
    21. Лотарева Р. М. Города-заводы России. XVIII — первая по-
ловина XIX века. Екатеринбург, 1993. С.160.
    22. Белов В. Д.  Исторический очерк  уральских горных заво-
дов. СПб., 1896. С.58.
    23. ГАСО. Ф.72. Оп.2. Д.951. Л.140 об.
    24. Белов В. Д. Указ. соч. С.58.
    25. Доброхотов Ф. П. Урал Северный, Средний, Южный: Справо-
чная книга. Петроград, 1917. С.71.
    26. ГАСО. Ф.24. Оп.33. Д.1464. Л.48 — 49 об.
    27. Реж. Св., 1968.
    28. Приходы  и церкви  Екатеринбургской епархии.  Екатерин-
бург, 1902. С.82.
    29. ГАСО. Ф.43. Оп.1. Д.320. Л.129 об. — 130.
    30. Приходы и церкви… С.82 — 83.
    31. Подсчеты автора.
    32. По воспоминаниям З. Г. Мироновой (гор. Реж).
    33. Реж… С.35.
    34. Анимица Е. Г. Города Среднего Урала.  Св., 1975. С.245.
    35. Металлургические  кустарные промыслы  Екатеринбургского
уезда: приложение к докладу об исследовании кустарных промыслов
XXXVII очередной сессии. Екатеринбург, 1907. С.126.
    36. Там же. С.134.
    37. Там же. С.139.
    38. Там же.
    39. Реж… С.51.
    40. Плотников И. Ф.  В белогвардейском тылу.  Св., 1978. С.
13-19.
    41. Реж… С.52.
    42. Там же. С.42.
    43. Там же. С.43.


 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.